Книга Дочь тренера. Бой без правил, страница 40 – Екатерина Аверина

— Все. Закончили. В душ и хорошо отдохнуть всем.

— Привет, Лекси, — здороваются едва ли не хором парни из универа.

— Привет, — киваю им.

Мэт сверлит меня взглядом. Тайсон хлопает его по плечу и странно ухмыляется.

— А ты чего тут делаешь? — спрашивает у меня Арсений.

— К отцу она приехала. Тебе больше всех надо, Холодов? Или ты не устал? — строго спрашивает папа.

— К вам, что ли? — удивляется Семен.

Никто из парней никуда уходить не спешит. Особенно Матвей. Его взгляд снова ледяной, будто он вышел на ринг. Пресс напряжен так, что я вижу даже то, что мне видеть не надо бы, но взгляд все равно касается косых мышц, уходящих под резинку спортивных шорт. А потом скользит вверх, снова к глазам. Мне на мгновение становится холодно.

— Моя, парни, — сдается Терехов.

— Так вы ж… это… — прикусывает язык Касьян.

— По возрасту не сочетаетесь немного, — за него заканчивает борзый Арс. — Нет, оно можно, конечно, — и под тяжелым взглядом тренера затыкается.

— Скрывали-то чего? Мы ж учимся практически вместе. Присмотрели бы, — говорит Тайсон. — Да, Мэт? — толкает Хаски плечом.

Он не отвечает, продолжая смотреть исключительно на меня. И мне кажется, я вижу в этом взгляде злость и обвинение. Только в чем? Что изменилось?

— Так, все. Я уже понял, что съехать не выйдет, — усмехается отец. — Завтра после боя поговорим. А сейчас свалили все отсюда!

Матвей отмирает, стреляет мне взглядом на выход из зала и, не проронив ни слова, покидает его первым.

Матвей

Вылетаю из зала и врезаюсь кулаком в противоположную стену. В глазах темнеет. Блядь! Завтра на ринг!

Осторожно выпрямляя пальцы с потемневшими костяшками, морщусь от боли. Лед надо приложить, иначе будет задница. Но я жду Лекси.

Иди же сюда, Улыбашка. У меня к тебе есть вопросы!

Парни выходят по одному. Косятся на меня, ухмыляются. Весело? Мне пока не очень.

Ловлю Алексию в дверях и тяну в небольшую нишу с запертым на замок щитком. Прижимаю ее к стене, выставляю руки с обеих сторон, чтобы не сбежала. Смотрит на меня красивыми взволнованными глазами.

— Почему ты мне не сказала про отца? — Челюсть сводит от злости.

— Мы вроде еще не переходили к знакомству с родителями, — нервно фыркает она.

— Терехов — мой тренер! Это не мужик с улицы! И ты знала! Знала, что я у него тренируюсь. И ничего не сказала! — практически ору я.

В груди тяжелеет от разочарования. Это все равно что услышать: «Знаешь, я трахаюсь с твоим батей». Но, наверное, даже в этом случае мне было бы насрать. Тренер — это нечто другое. Они тоже бывают мудаками, конечно. Только Юрий Германович не тот случай. Мне с тренерами вообще везло. Своего тренера по смешанным единоборствам я максимально уважал. Терехов тоже нереально крут. И я знаю, что, когда приедут предки, я буду жить в зале. Мне так комфортнее.

Улыбашка — его дочь. Это жесть! Такое ощущение, что мне солгали.

Впрочем, чему я удивляюсь? Сам же ей говорил, что все люди лгут. Почему вдруг меня это должно задевать? Я ведь тоже лгу ей. Получается, справедливо.

Вот такая странная математика. И меня резко замораживает обратно.

— Что это меняет? Я перестала тебе нравиться? — спрашивает Лекси, подняв выше подбородок и не пряча от меня взгляда.

Мне чертовски нравится это в ней.

— Нет… — хрипло выдыхаю.