Книга Учительница дочери. Ты сдашься мне, страница 43 – Анастасия Сова

— Артур… — шепчут мои губы против воли.

Тело идет на поводу у грязного желания, потому что ничего другого во мне не осталось. Разум испарился, точно его выжгла огненная лава возбуждения.

Я выгибаюсь в спине, чтобы потереться чувствительными складочками о крупный бугор на брюках Назарова. Я хочу почувствовать это.

А в итоге влажные губки обжигает головка члена. Прямо через трусики. Закатываю глаза и трусь об нее сильнее, вызывая удовольствие, что уже несется по венам.

— Пиздец, ты заводишь!

Назаров в нетерпении отодвигает в сторону ткань моего белья. Приставляет член к жаждущему входу.

Слышу его хриплый громкий стон. И сама замираю от предвкушения. Сейчас все случится.

Кира

Артур отводит бедра назад. Я не дышу это мгновение. Резкий толчок, и он всаживает в меня свой член. Резко. За одно движение. Точно вгоняет раскаленный кол до самого сердца.

Я вскрикиваю и впиваюсь пальцами в его широкие плечи. Мне немного больно, но, в то же время, удовольствие такое сильное, что тело утопает в чувственной лихорадке. Все тело. Полностью. Будто я вся состою из это этого чувства.

— Артур… — я произношу его имя. Не знаю зачем. Этот звук утопает в моем собственном стоне.

Назаров выходит из меня, оставляя поле себя пустоту, но тут же врывается обратно, вновь растягивая под себя мое узкое лоно. Растягивает упругие стеночки, и я задыхаюсь от этих ощущений.

В очередной раз убеждаюсь, что бывший был неправ. Я не фригидная. Не испорченная. А с мужчиной мне может быть так хорошо, что хочется кричать во все горло.

Но у меня нет на это сил. Назаров вбивает меня в диванчик с интенсивностью отбойного молотка. Сильно. Быстро.

Он точно одержимый. Яростный. Бешеный. Пальцами сжимает мои бедра до боли, чтобы еще плотнее вжаться между моих ног.

— Как же, сука, сладко… — слышу сверху его хриплый голос, что тут же теряется в нашем совместном стоне.

И я веду себя точно так же. Словно голодная самка.

— Артур… — повторяют мои губы. Сама не понимаю, чего прошу, ведь мы и так взведены на максимум.

Безумные. Одержимые желанием и страстью.

Все смешивается. Перестает существовать. Перед глазами темнеет. Тело горит. Моя бедная киска сжимается все сильнее, и уже едва справляется с ощущениями.

И вот стеночки сжимаются в последний раз вокруг крупного твердого ствола. Мои пальцы со всей силы впиваются в спину Артура.

Где-то в глубине до предела натягивается струна и тут же рвется. Я кричу и взрываюсь вслед за ней. До ярких вспышек перед глазами. До блаженства, которое невозможного описать.

Артур вдруг впивается в мои губы и жадно пьет мои громкие крики.

Где-то на краю сознания слышу его глухой рык, а потом чувствую, как вязкое семя покрывает крупными каплями мой напряженный живот.

— Сучка… — выдыхает Назаров. — Что ты со мной делаешь?

Его слова становятся резким щелчком, от которого я прихожу в сознание. И от него больно. Так больно, что изнутри снова разрывает. Вот только на этот раз без удовольствия. Без желания продолжить и запомнить это чувство.

— Сколько? — спрашивает Назаров.

Я не понимаю смысл, да и мне все равно.

— Сколько членов здесь обслужила?

Холод разносится по венам. Разгоняет жар, что секунду назад еще полыхал там.

Артур правда думает обо мне такое. Считает шлюхой. Но разве он неправ?