Книга Сдайся мне, страница 36 – Анастасия Сова

— Прочти это, — Марат кивком указывает на стол, когда мы оказываемся в одной из комнат.

Там лежит какой-то листок альбомного формата, и я подхожу ближе, чтобы исполнить его просьбу.

Меня бросает в жар, когда в бумаге я узнаю свое заявление в полицию, написанное от руки под диктовку знакомого Ани.

Беру страх под контроль и уже собираюсь повернуться к Марату, чтобы сообщить, что имела на это заявление полное право, как он вдруг оказывается позади меня и плотно прижимается сзади, расставляя свои руки на столе по обеим сторонам от меня.

— Это был очень плохой поступок, учительница, — констатирует мужчина, а я думать не могу больше ни о чем, кроме его крепкого конца, что без стеснения пульсирует, прижимаясь ко мне сзади.

Я только сейчас понимаю, насколько глупой была, решив, что Марат поможет. Что оставаться с ним один на один безопасно.

— Твоя выходка принесла мне проблем, — мужчина кажется спокойным, но что-то подсказывает, что, на самом деле, он очень зол. — А я не люблю проблемы. И не жалую тех, кто их создает.

Я теперь узнаю в нем того человека, с которым познакомилась в клубе. От подавляющей ауры которого сжималось нутро.

Одна из его ладоней вдруг отрывается от стола и ложится мне на живот чуть ниже пупка.

— Так что теперь тебе придется стараться в два раза лучше. Буквально вымаливать мое прощение, стоя на коленях.

От его слов у меня мгновенно собирается комок в горле. Такое часто бывает когда хочешь заплакать, но не выходит.

Как и не получается дышать.

— Надеюсь, ты не надела трусиков? А то у меня совсем мало времени.

Маша

Я ненавижу себя. Ненавижу за то, что после грязных слов Марата мои трусики пропитываются внезапно выделившейся влагой.

Возбуждение приходит неожиданно и резко, в тот самый момент, когда я его совсем не жду. Когда единственное, чего стоит желать — поскорее выбраться из цепких лап мужчины, решившего заявить права на мою неприкосновенность.

Он прямо как змей-искуситель. Вынуждает желать запретного. Дрожать от предвкушения скорых прикосновений и вспоминать, как сладко может быть от его умелых пальцев.

После того случая в туалете я ведь долго не могла уснуть. Представляла снова и снова. Погружалась в воспоминания о своей новой реальности, где от близости с мужчиной можно получить мгновения, носящие из реальности.

— Я тебя ненавижу, — сквозь зубы цежу.

Мужчина продолжает нежно поглаживать низ моего живота, самыми кончиками пальцев то и дело задевая чувствительный лобок. Отчего ком в горле, как и напряжение, становятся только сильнее.

Зря я пришла. Марат не из тех, кого беспокоят чужие проблемы. Его волнуют лишь свои.

— А тебе и не надо меня любить, — отвечает он. — Только раздвигать ноги, когда я этого требую. Но пока, все, что ты делаешь — тратишь мое безумно дорогое время и создаешь проблемы.

— Ты это заслужил! — имею в виду заявление в полицию. — Все, что ты со мной делаешь — это преступление. А преступники должны быть наказы.

Я не верю, что мои слова возымеют успех. Мне просто становится легче оттого, что я все это сказала. Выплеснула на него. Дала понять, кого вижу в лице этого человека.

— Преступление, — вкрадчиво произносит Марат, и его голос полон горячего возбуждения, — это оставлять такую сочную киску без оргазма.