Книга Хирургическое вмешательство, страница 80 – Серена Никки, Наталья Косарокова

— Тоже девушку встретил и тоже по пути в село. Ей помощь требовалась. Нельзя было ее отпускать. Вот я дурак. Не прощу себе, если она погибла. Я мог этого не допустить.

— Николай, ты не можешь всех в этом мире спасти. Откуда тебе было знать, что она погибнет. Может и не она это была.

— Может… ты номер машины запомнил или хотя бы, какого она была цвета.

— Цвет машины помню. Красная машина была. Точно красная.

Николай весь похолодел.

— Черт! Точно она! Димка, я бы хотел на опознание съездить.

Громов схватил его за плечо и с силой сжал пальцы. Он совершенно не понимал, что происходит с Николаем.

— Дружище, ты чего?! Я тебе говорю, зрелище даже для нас хирургов то еще. Там ДНК делать надо.

— Димочка пришел, какой молодец! А чего так долго? Мы тебя раньше ждали.

Подошла улыбающаяся баб Нюра. Именинница сегодня блистала красотой, изяществом и жизнерадостностью. Она обняла Дмитрия и крепко расцеловала его в щеку.

— Извините. Трасса перегружена. Сами знаете. Лето. Все на моря спешат. Пришлось ждать, с днем рождение и, кстати, это Вам.

Дмитрий протянул старушке изысканный букет.

— Анютка?! Привет!

Марьяна пробежала мимо бабушки, Николая и Дмитрия к калитке. Все трое мигом развернули головы вслед за ее спиной.

Баб Нюра широко улыбалась, хитро сверкая глазами.

У Громова отвисла челюсть от неожиданности. Он глядел на Марьяну с открытым ртом, который ему закрыла Баб Нюра.

Николай также сейчас во все глаза рассматривал девушку, в васильковых глазах которой хотелось утонуть. Как и почему она стояла здесь не понятно, но в руках у нее была банка с молоком и небольшой подарочный пакетик. А в голове Николая пронеслось только одно…

«Слава богу, жива. Значит, Анечкой зовут тебя, незнакомка»

— Извините, я наверное некстати…

Глава 21. Таинственная незнакомка

* * *

Аня сидела в машине и, всхлипывая, растирала слезы по щекам. Сильно раскалывалась голова, и шумело в ушах.

Незнакомец, не дождавшись от нее внятного ответа, сам вытащил ключи из замка зажигания и открыл багажник. Как оказалось у нее совсем испортилось колесо. Она тяжело вздохнула, потом стала растирать переносицу и между бровями. Зазвонил телефон. Это был Федя.

— Слушаю, — безэмоционально ответила Аня.

Сын говорил возбужденно. По радостному его голоску было ясно, что Марьяна уже у них побывала. Она приехала на выходные. У местной знаменитости баб Нюры день рождения. Прямо национальный праздник на селе.

— Мамуль, Марьяна принесла сладости. Я съел весь киндер и огромный чупа чупс. А можно я еще всю газировку выпью? Я все по дому сделал.

Аня чуть улыбнулась. Зная, какой у нее гостеприимный ребенок, это половина улицы уже под ее калиткой ждет не дождется пира. Федя всех накормит и напоит. Хлебосольность в нем от деда.

— Ну ладно, раз сделал, можешь и выпить.

— А! — спохватился Федя, вспомнив, — мам, там за огородами на той улице мужики, помнишь, ты говорила, про засохшую яблоню.

— Мужики? Что сделали?

Аня не сразу вспомнила, что недавно к ней приезжие отдыхающие из города подходили. Они увидели засохшую яблоню. И просили разрешения распилить ее на дрова, а после разделить их пополам, чтобы по-честному. Ане всегда пригодятся, а им на баню.

— Они такие пилы принесли! И как начали гудеть! Офигеть как классно было! Там они оставили нам дрова, сказали, мамке передай спасибо. Вот передаю.