Книга Хирургическое вмешательство, страница 179 – Серена Никки, Наталья Косарокова

— Я хочу большой дом. У меня тут тоже кое-какие капиталы от мужа остались, от деда твоего. Но условие. Мне нужны внуки. Я не успокоюсь, пока ты мне не подаришь Надежду?

— Надежду на что?

— Не на что. Внучка мне приснилась Наденька. Вот пока Наденьку не увижу, нет мне покоя.

— Бабуль, ну какая Наденька?

— Маленькая, миленькая, на тебя похожая, только глазки васильковые.

— Ой, и фантазерка ты у меня. Ну насмешила. Наденька с васильковыми глазами — это сильно.

— А ты на бабушку бочку не кати. Я тебе про сон рассказала, а сны со среды на пятницу они правдивые. Тебе ли ни знать.

Николай снисходительно улыбнулась. Вот бабушка всегда ему настроение поднимала, и не важно, какие фантазии ее при этом одолевали. То, что она переехать запланировала. Это хорошо. А про кредит Аверин задумался почти сразу, как вышел из зала суда. Даже если бы он переехал, то в будущем все равно нужно какое никакое жилье. И бабушку надо как-то уговорить перебраться к нему. Был вариант купить ей домик поблизости, а сейчас все так складывалось, как само собой разумеющееся. Словно до этого момента Николай шел неверной дорогой и только сейчас нашел свой путь…

— Бабуль, если бы ты знала, как я тебя люблю. Жди скоро в гости, надо встретиться с покупателями, да и вообще, твой переезд это не телефонный разговор.

— Конечно не телефонный. Я пирогов испеку с капустой и с картошкой, и с грибами. А борща наварить? Голубцы еще приготовлю, и шарлотку состряпаю.

— Я напишу, как только улажу все с работой.

— Ага-ага. Спокойной ночи, Коленька, и сладких — сладких снов.

— Доброй ночи, бабуля… — Николай отключил телефон, и как-то легче стало в груди. Получилось уснуть и даже почти сразу…

Глава 41. «Проблемы» Марьяны

Марьяна оставалась в квартире одна. Дмитрий с Ванюшкой заночевали у сестры Яны, которая уговорила их остаться. Тоже скучает по братишке, и эту ночь Марьяночка запомнит надолго. Ее постоянно мутило и ничего не помогало.

Утром, уже ближе к обеду в дверь, наконец, постучали.

Вставать и открывать дверь, просто не было сил. Голова кружилась, и Громов, после несколько настойчивых звонков, сам открыл дверь. В зале сразу послышался топоток, это Ванечка пробежал в свою комнату.

— Марьяночка. Вот мы и дома. А ты где у меня? — осторожно огласил мужчина, понимая, что так его еще не встречали.

— Марьяночка сегодня слегка приболела, — послышалось из спальни. Обычно когда Громов приходил домой, а Марьяна отдыхала, в квартире витали божественные ароматы приготовленной еды, а сейчас он словно вернулся в свое холостяцкое гнездышко. Темно и тихо.

Дмитрий отправился на голос любимой и обнаружил ее под одеялом в постели. Волосы слегка влажные, лицо бледное, и он нахмурился. Вот в чем, в чем, а в человеческих недугах он разбирался.

— Приболела, говоришь… Ну-ка, дай, я тебя осмотрю.

— Ой, нет, опять тошнить будет. Я отравилась колбасой. Она, похоже, не свежей была. Фу… колбаса… — она тут же подскочила и помчалась в туалетную комнату.

Громов испытал нечто среднее между шоком и растерянностью, а еще у него закралось некое подозрение. Марьяна вернулась довольно скоро.

— Так, марш в постель. И давно это у тебя началось? — серьёзно проговорил мужчина.

— Вчера весь день на запахи какая-то реакция появилась. Понимаешь, это как ковид, только наоборот.