Книга Бывшие. Расскажи мне о сыне, страница 28 – Галина Колоскова

— Что значит «не могу»? Что может быть важнее семьи? Важнее того, что какая-то авантюристка… Да, я сказал! Авантюристка! Вероника здесь. Она рассказала нам правду, которую ты от нас скрываешь! Так что немедленно… Что? Олег? Олег!

Он смотрит на телефон с таким видом, будто только что увидел привидение.

— Он… Он повесил трубку. Сказал, что у него важная встреча с сыном, и чтобы я не смел оскорблять его мать.

Последнее слово повисает в воздухе тяжёлым, зловещим эхом. «Мать». Он назвал мерзавку матерью своего ребёнка.

Лидия Васильевна тихо стонет, закрывая лицо руками.

— Боже мой… Он совсем потерял голову…

Виктор Петрович швыряет телефон на диван, поворачивается ко мне. Глаза сужены до щёлочек.

— Ты готова подтвердить сказанное тобой официально? Перед юристами? Это ведь клевета, если неправда.

— Правда! — выдыхаю я. Внутри всё холодеет от страха, но отступить не могу. — Я готова подтвердить! Я делаю это ради него! Ради вас! Чтобы спасти вашу семью от позора и разорения!

Он медленно кивает. Взгляд подслеповатых глаз становится решительным.

— Тогда мы будем действовать. Если он отказывается добровольно прислушаться к голосу разума, мы заставим его. Я найму частного детектива. Лучшего. Мы проверим эту… Алёну. Всё. С самого начала. Найдём настоящего отца этого ребёнка! — Перечисляет он порядок действий. — Достанем её медицинскую карту. Поговорим с соседями. Докажем Олегу, что он слепой дурак.

Виктор подходит к бару, наливает себе коньяк. Рука уже не дрожит. В нём проснулся железный бизнесмен, который построил империю с нуля.

— А ты, Вероника, — оборачивается ко мне, — молодец, что приехала и сказала нам. Не бойся, мы защитим тебя. Сын одумается. Поймёт, кто его настоящие друзья.

Я сижу и смотрю на родителей обидчика. На решимость отца. На расстроенное лицо матери. Скандал начался. Машина запущена. Теперь она покатится по колее, сметая всё на своём пути. И я не могу её остановить. Да я и не хочу.

Я должна спасти Олега. Даже если ему будет больно. Даже если он возненавидит меня. Рано или поздно он поймёт, что я была права. Поймёт и вернётся ко мне. Он должен вернуться. Алёна мне не соперница!

Я повторяю это про себя как мантру. Виктор Петрович уже набирает номер семейного адвоката. Властный голос гремит, требуя немедленных действий.

А где-то там, в городе, мой Олег сидит на полу с чужим ребёнком и собирает дурацкого робота. Он не знает, что на него надвигается буря. Ураган, который я принесла в этот тихий, уютный дом.

Олег

Мой смартфон разрывается. Вибрирует, подпрыгивая на стеклянной поверхности журнального столика, словно решил самоубиться, только бы прекратить этот кошмар. На экране — любимое лицо моей матери. Уже пятый пропущенный за последние полчаса. Закрываю глаза и откидываюсь на спинку кресла. Кабинет огромный, тихий, стерильно-безупречный, но сейчас он давит на меня стенами. Я знаю, о чём она будет говорить. Знаю, кто её накрутил.

Вероника не стала медлить. Её последний выстрел, отчаянная попытка испортить моё примирение с Алёной. Я чувствую её ядовитое удовлетворение за километры. Если не получилось со мной — значит, надо идти к высшей инстанции. К тем, чьё мнение для меня много значит. К моим родителям.

Делаю глубокий вдох и принимаю вызов. Нельзя прятаться. Не сейчас.