Книга Отец подруги. Я не буду твоей, страница 43 – Алена Худова

Я не могла ответить, а только заскулила от боли.

— Ну подожди, курносая, — Реван присел возле меня на корточки. — Дай посмотрю.

Я послушно убрала руки. Если у меня перелом пусть уж лучше этот громила отвезет меня в больницу.

Реван же обхватил мое лицо ладонями и приблизился ко мне очень близко. Он тщательно осмотрел мой нос, а я почувствовала тотальное смущение.

Этот мужчина был сейчас так близко. Кожей я ощущала его горячее дыхание и еще более горячие ладони. Беспокойным взглядом я встретилась с глазами Ревана и замерла. Они у него были настолько темного цвета, что в их мраке не различался зрачок. А еще я только сейчас заметила, что у Ревана шрамы на лице: один над бровью, еще рубец на щеке, уходящий в густую щетину, немного деформированный нос и кустарный рубец справа на горле.

Это все выглядело очень страшно, но не уродовало этого мужчину. Но если подумать как ему досталось такое огромное количество шрамов, то становится страшно. И наверняка это еще не все, что я увидела.

— Чего застыла, курносая? — усмехнулся Реван и тут же вывел меня из завороженного оцепенения. — Засосать бы тебя сейчас, но тебе ведь больно, да? Или уже прошло?

— Нет... еще больно... — жалобно пробормотала я и все болезненные ощущения вновь обрушились на меня.

— Пойдем, — он с легкостью подхватил меня на руки, — надо приложить что-то холодное.

Я тихо всхлипнула и прижалась носом к шее Ревана. Так как будто стало немного полегче, а еще очень тепло.

Реван тем временем принес меня на кухню и усадил на кухонный остров, а затем полез в морозилку. Вытащив лед, он насыпал его в полотенце, свернул мешочком и вновь подошел ко мне.

— Спасибо, — всхлипнула я и потянулась за мешочком, но Реван небрежно отбросил мою руку.

— Я сам, — он обхватил меня за затылок и приложил лед к моему носу, а затем уставился на меня жадным взглядом.

— Как я здесь оказалась? — спросила я, с опаской глядя на Ревана и все еще немного вздрагивая от слез.

— Я тебя принес, — ответил он, прожигая взглядом мои губы.

— Нет, я имею в виду как я оказалась не на кухне, а в вашем доме? — нахмурилась я и желание плакать резко прекратилось.

— Ответ тот же, курносая, — усмехнулся он, а затем рывком развел мне колени и устроился между ними.

— Нет! — забрыкалась я, но Реван лишь притянул меня к себе за поясницу.

— Да подожди, глупая, — он нагло улыбался. Очевидно, что мои трепыхания очень ему нравились. — Успокойся. Я не пристаю к тебе.

— А что же вы делаете?! — воинственно спросила я.

— Грею тебя, — спокойно ответил он. — Ты замерзла.

Да, точно. Мне и так было холодно после сна, а уж с этим компрессом у меня дрожала челюсть. Но я была уверена, что для Ревана это только предлог.

— Я... не помню как оказалась в вашем доме, — буркнула я и все же завладела мешочком. — Что вы со мной сделали? Вы приставали ко мне в машине, а потом? Вы ударили меня?

— Нет, конечно, — Реван заправил мне прядь волос за ухо, но в каждом его прикосновении и действии я ощущала дикую похоть. — Я никогда не подниму на тебя руку. Можешь это сразу исключить из списка своих курносых страхов.

— Тогда как?! — прорычала я сквозь зубы, чтобы унять трясущуюся челюсть.

— Ты уснула у меня в машине, — произнес он и крепко обнял меня, а я на мгновенье прикрыла глаза.