Книга Стань моим ядом, страница 72 – Слава Ленская

«Не волнуйся, пусть ребенок скорее выздоравливает».

Я была бесконечно благодарна начальству, что с пониманием отнеслись к моему внезапному больничному, поэтому даже чуть не всплакнула, прочитав сообщение от босса.

Посидев около получаса рядом с дочкой и убедившись, что температура пришла в норму, я поплелась на кухню. Знала, что дочь после такого стресса захочет есть. А следовательно, нужно было приготовить что-нибудь вкусное и полезное.

Пока возилась на кухне, на столе зазвонил телефон. Я, не глядя, приняла вызов.

— Как дочка? – услышала я спокойный голос Арсения.

— Уже в порядке.

Что еще сказать, я не знала. Благодарить в очередной раз было глупо. Поэтому я молча ожидала следующего вопроса.

— Сама как?

— Я в норме. Что со мной будет? – удивленно уточнила я.

— Думал, может, ты все еще в панике, или врач принес плохие новости, – объяснил Арсений.

— Нет, с этим все в порядке. Обычная простуда. По крайней мере, пока ничего другого мне не сказали.

— Понятно. Хорошего дня.

— И тебе.

— И-и-и.

Я уже хотела отключиться, как услышала это протяжное.

— Что?

— Если что-то будет нужно, можешь обращаться.

— Я справлюсь, но, спасибо!

Дарина

Его звонок, его слова бередили мне душу. Я все думала, к чему вообще это его появление снова в моей жизни? Неужели это всего лишь очередное испытание на прочность моей нервной системы?

Я боялась думать о чем-то более позитивном. Даже не надеялась на то, что судьба решила расставить все по местам и вернуть этого мужчину в мою жизнь. Еще не хватало размечтаться, а потом снова выть белугой в подушку, глотая слезы и бояться, что меня услышит дочка.

Яна шла на поправку медленно, но верно. Частенько она быстро уставала, много спала и совсем мало ела. Как и любой другой ребенок при болезни. Температура поднималась еще сутки, а потом пошла на убыль. Уже не было проблем с тем, чтобы ее сбить. Она самостоятельно как повышалась, так и снижалась.

Дочурка понемногу шла на поправку. Я же все сильнее грустила и ждала. Чего конкретно ждала, было непонятно. Наверное, какого-то события.

На пятый день нашего больничного Яна уже бодро болтала ножками, сидя за столом, и оживленно болтала.

— Мам, а где Миша? – вдруг вспомнила она про соседа.

— Малыш, Миша уехал, – ответила я, ожидая не самой лучшей реакции.

— Как уехал? Когда? И даже не попрощался? – возмутилась дочь, быстро надув губы.

— Яночка, Мише пора было уезжать, мне нужно было на работу. А ты была в садике.

— Это когда я заболела? —спросила догадливая дочка.

Болтала она у меня, кажется, с года. Почти все буквы выговаривала и выдавала частенько довольно взрослые мысли. Я за ней не успевала и иногда поражалась, услышав от нее какое-то новое, довольно сложное для ее восприятия слово.

— Да, поэтому он и не смог тебя забрать, – согласилась я.

Яна скуксилась, и я уже готова была вытирать горючие слезы, как дочка вдруг приободрилась.

— Да, меня тогда забрала ты и этот дядя. Красивый и высокий, – она вздохнула, мечтательно глядя куда-то вдаль. – Вот бы мне такого папу!

Я чуть дар речи не потеряла. Что сказать, я просто не знала.

Промолчала, а у самой сердце кровью обливалось. Дочь сама тянулась к горе-отцу, который о ее существовании тогда, три года назад, даже узнать не захотел. Посмеялся надо мной.