Книга Мишень Номер Один, страница 91 – Вета Мур

Только я не собираюсь идти у него на поводу. Я выиграла. Первая отстранилась. Ему осталось только принять поражение.

Наши взгляды встретились. Его – удивлённый. И мой – победный.

— Надеюсь, уговор мы закрепили, – попыталась я натянуть улыбку, пока буря внутри меня бушевала и хотела снова прильнуть к Светлому.

Вместо ответа, он неожиданно прильнул ко мне с новой силой. Прижал к себе мёртвой хваткой. Затем, подхватил на руки и одной рукой сбросил все бумаги на пол. Они взлетели вверх, а Светлый усадил меня на прохладный стол. Ноги автоматически обвили его талию, а короткое платье кофейного цвета вздёрнулось вверх.

Одной рукой опираясь о стол, а второй сжимая крепкое плечо, я отодвинулась от Светлого, чтобы видеть его лицо.

— Вы себе позволили лишне…, – не успела я договорить, как Светлый закрыл мой рот поцелуем.

Сначала, я хотела его оттолкнуть. Однако, мозг перестал работать. Я сама не поняла, как начала отвечать на его поцелуй с жадностью и сжигающей страстью. Желание, которое вспыхнуло от нашей со Светлым близости взяло вверх. Я перестала себя контролировать. Буквально потеряла голову.

Пальцы сжали плечи Светлого. Ногти вонзились в его тонкую кожу, заставляя мышцы напрячься. Древесный запах ударил в нос, а губы почувствовали кофейную горечь. Мне нравилось, как он прижимал меня к себе, как его настойчивые руки исследовали моё тело, как лёгкая щетина царапала мне кожу. До безумия нравилось то, что я с ним делаю. Поэтому и хотелось большего. Только Светлый, как всегда испортил всю малину.

— Закрепили, – насмешливо ответил Светлый с опозданием. Его губы опухли от поцелуев. На них даже остался мой персиковый блеск. Ему идёт. Покрасоваться хотел? Для этого необязательно было прерывать поцелуй. Он просто невыносимый! – Валентина, ты всё для этого сделала.

— Ну что вы, Роман Андреевич, – попыталась отдышаться я. – Это ещё цветочки.

Я схватила его лицо и снова впилась поцелуем. На этот раз, сама. Отказаться от него я больше не смогу.

Поцелуй, который был больше похож на схватку, продолжился. Теперь это была наша общая буря, в которую каждый приносил что-то своё. Мы целовались, как сумасшедшие, до головокружения, до лёгкого покалывания в губах, до приятной боли внутри. Между нами не было нежности или заботы, чистая ярость и ненависть. Каждый ненавидел самого себя. За нелепую слабость. Поцелуй был больше похож на огненный взрыв, и самому Богу известно, что нас ждёт после. Раскалённая земля или умиротворяющая прохлада декабрьского вечера.

Рука Светлого нежно сжимала мою шею, тем самым, прижав тело к шершавой стене. Он оставлял укусы на моей коже, приглушая боль влажными поцелуями. Мои ноги сжимали его тело с бешеной силой, пока мысленно, я повторяла его имя, боясь, что он может исчезнуть. Будто от него зависела моя дальнейшая жизнь. Спускаясь губами ниже, Светлый резко обнажил мои плечи. Ткань жалобно треснула.

— Прости, – сказал он мне в губы. – Куплю новое.

— Оно мне никогда не нравилось.

Рассмеявшись, Роман Андреевич подхватил меня и понёс в свою спальню. Не прерывая поцелуй.

Я даже не помню, как оказалась на нём сверху. Мои ноги упирались в кровать, а руки легко лежали на груди Светлого. По-собственнически. Словно, я это делала каждый день.

Футболка только мешалась. От моего платья осталось только одно название. Его вещи тоже должны пострадать. Поэтому, мои ладони скользнули вниз по крепкому прессу и оказались под тканью. Светлый громко выдохнул мне в лицо и поцеловал с новой силой. Его тело напряглось, рука сначала гладила по спине, а потом утонув в затылке – заставила откинуть голову назад. Короткие поцелуи прошлись от шеи к груди. Я даже не стеснялась того, как неприлично задралось моё платье. Всё, что мы делали, казалось нам правильным и настоящим. Казалось, будто происходит это не впервые. Его губы, запах, поцелуи… Знакомы. До бурлящей крови под кожей. Я уже хотела сбросить с себя остатки платья, но не успела. Зазвонил телефон Светлого. Который я хотела разбить об того, кто его не выключил.