Книга Мишень Номер Один, страница 7 – Вета Мур

— Ну он такой маленький, старенький, лысинький, засохший, в очёчках… И еще у него из глаза вытекает какая-то жидкость, – улыбнулся Андрей.

А меня почти вытошнило. Зачем я представила себе эту картину?

Молодая я. Красивая, свежая иду под ручку с мерзким старикашкой, у которого течёт глаз. Студенты тыкают в нас пальцами, а он мерзко лапает меня.

Бррр… Аж в холод бросило.

Может, сразу поднять белый флаг?

— Ладно, вы тут развлекайтесь, а мне пора, – он быстро поднялся. И будто случайно задел меня плечом. – И Валя, удачи тебе с этим стариком. Если захочется молодого тела – позови меня.

— Не дождёшься.

— Дождусь… И ладно, чтобы тебе было легче, я скажу его фамилию. Светлый.

— Светлый?

Но он лишь улыбнулся и вышел, как ни в чём не бывало. Даже не ответил.

— Отлично, Валька, ты молодец. Теперь придётся мурлыкать с дедушкой.

— Это лучше, чем мурлыкать с Андреем.

— Не могу не согласится.

Мы рассмеялись.

Но мне было не смешно. Думаю, что найти его не составит проблем, но вот влюбить… Его ведь интересует только пенсионный фонд, а мне до него еще лет сорок.

Ладно, профессор Светлый по философии, ждите меня. Ваша новая любовь в виде Оленьевой уже бежит на встречу. Не упустите свой шанс. Ведь, он у вас реально последний.

МОЙ ПЛАН БЫЛ прост. И в то же время, гениален. Как и всё, что я делаю. Он не только продуманный, но и уже почти реализован. В моей голове так точно.

С самого утра я приводила себя в порядок. Даже проснулась в пять утра, чтобы выглядеть на все сто. Точнее, тысячу. На сто я выгляжу каждый день.

Выпрямила свои кудрявые волосы, которые как ветки запутываются во время сна. Спасибо, за отличную генетику и повышенную кудрявость. Которую Андрей называл лапшой быстрого приготовления. Он шутил. Но меня задевало. Каждый раз. Теперь это стало моей рутиной. Утюжок мой лучший друг. Как и косметика, которая помогает скрыть синяки от бессонных ночей.

Наверное, нервишки шалят. Или беспокойство о будущем. Нет, всё-таки нервишки. Будущее у меня простое и ясное.

Стану главой папиной фирмы и буду до конца своих дней заниматься тем, что ненавижу. Числа. Бумажки. Деньги. Хоть эти красивые купюры я и люблю, но возится не очень.

С самого рождения мне дана миссия. Ноша, которую тянуть я не хочу, но буду. Я не могу разочаровать папу. Да и что мне делать? Отдать бизнес Олесе? Я бы с радостью. Только папа наотрез отказывается от этой идеи, после того, как сестра связалась с каким-то наркоманом. Посчитал её неблагоразумной и пустоголовой.

С этим я согласна.

Привезти в дом человека, который вместе завтрака съедает несколько радужных таблеток, а то и не только съедает.

Идиотка. Идиотка, которую я прикрывала. Она ведь моя Леся.

Надев мягкую блузку, которая струилась и спускалась мягкими белыми волнами по плечам, я улыбнулась себе в зеркало. И нанесла помаду вишнёвого цвета. Матовую и стойкую, чтобы ни одно университетское кофе её не съело. Тем более, целоваться ни с кем я сегодня не собиралась.

Только если старичок с грязными мыслишками сам не полезет. Тогда придётся убегать. Или подарить поцелуй, но в лоб. Как покойника. Ему и так не долго осталось.

Ну хороша. Ничего не скажешь.

А эти ноги…

Люблю подчёркивать их юбками. Чем покороче. Мужчины любят ведь женские ноги? Или что им там нравится?