Книга Учительница сына. Будешь моей, страница 13 – Анастасия Сова

Поначалу не хочется даже смотреть, кто это. Но вспышка в голове «а вдруг там что-то важное», а, значит, и чувство ответственности, заставляют меня потянуться к сумочке и вытащить телефон.

На экране вижу номер одной своей коллеги. Она как раз классная руководительница Захара. Наверное, уже в курсе.

Трубку взять не успеваю, и уже решаю проигнорировать разговор, как смартфон оживает снова, показывая мне улыбающуюся фотку коллеги.

Мы с Лерой пришли в школу практически одновременно. Я устроилась на работу чуть раньше, потому мне повезло, и в классное руководство я получила пятый «Б». А вот Валерии пришлось взять оставшийся выпускной класс, где половина учеников-мальчишек выше нас на голову, а то и две.

И особенно выделяется, конечно же, Громов.

— Слушаю, — отвечаю на вызов, стараясь не показывать, что расстроена или сломлена. Вдруг Лера не в курсе? Тогда я и не вижу смысла заострять внимание на этом вопросе. Считаю, что разборки с Захаром — это наша с ним личное дело.

Вот только любителей протолкнуть свой совет всегда хватает. И я искренне надеюсь, что Лера не собирается этого делать.

— Так! Я все знаю! — коллега начинает сразу с козырей.

— В каком смысле? — решаю закосить под дурочку.

— Ну, ты чего?! — Валерия не сдается.

— Если ты про аварию…

— Про аварию? — голос собеседницы становится гораздо более заинтересованным.

Ладно, значит про ДТП не знает.

— Про аварию?! — тоже переспрашиваю, спеша ввести ее в заблуждение.

— Да, ты так сказала, — напоминает Лера.

— Я имела в виду ситуацию с Захаром. Это же ЧП настоящее!

Хотя теперь наезды мальчишки уже не кажутся мне чем-то существенным.

А вот притязания его отца… это совсем другое.

Я не могу избавиться от мыслей и ощущений, что он все еще стоит рядом. Губы до сих пор помнят, каким горячим и настойчивым был его крупный палец. И как таял под этим натиском мой внутренний стержень. Плавился, точно шоколад.

А еще боюсь представлять новую встречу с Громовым. Тем более ту, которую он мне готовит.

Интересно, если я просто проигнорирую его приказ, он реально будет за мной по городу гоняться?

Надеюсь все же, что его угрозы пустой звук.

— Послушай, Диан, да поставь ты ему эту четверку! Ну, тройку, на худой конец! Оно тебе надо вот так все усложнять?

— Не знаю… — отвечаю неуверенно. Мое убеждение, что отметки должны быть справедливыми, все еще при мне.

— Тебе что работа неважна, я понять не могу? Ему учиться то осталось всего ничего! Так пусть идет уже с миром!

Молчу. Если бы все было так просто, у нас все ученики стали бы отличниками. Здесь делов то — учительницу пошантажировать. Должно же быть у нас чувство собственного достоинства! И у меня оно есть!

— В общем, не дури, — подытоживает коллега. — Завтра я поговорю с Громовым на правах класснухи, а ты, я не знаю, скажи, что входишь в его положение и авансом ставишь четверку. Ну, не увольняться же теперь из-за этого! Потерпеть всего ничего осталось!

Иногда я завидую таким людям, у которых все просто.

Но, может, я и вправду слишком все усложняю? Делаю хуже только себе? А дурацкие правила и нормы давным-давно никому не нужны?

Поговорив с Лерой, я лишь больше впадаю в уныние.

Конечно, у меня нет на глазах розовых очков, но я все равно не понимаю…

Что за несправедливость! Я распаляюсь. Почему этот непонятно кто себе такое позволяет?!