Книга Моя за 30 дней. Я научу тебя любить, страница 28 – Анна Лапина

— Ну зачем?! — возмущаюсь. — Я не люблю такое! Не люблю, когда за меня все решают!

— Денежные средства возврату не подлежат, — заявляет он с вызовом. — А как ты помнишь, психолог он очень дорогой.

— Какой же ты упрямый! — рычу на него.

— Представь наших детей и их упрямство, — мечтательно бросает Паша. — От тебя, от меня… Ух, упрямцы будут!

— Правда уже курс оплатил? — грустно уточняю.

— Да, — кивает. — Курс на целый месяц. Дальше будешь сама решать, оставаться или другого психолога искать.

— Ладно, сдамся, — проигрываю в этой игре, потому что элементарно денег жалко. Курс у психолога стоит, как шесть моих месячных зарплат. — Но только в этот раз! Больше на меня не дави.

— А с переездом? — невинно хлопает глазками манипулятор.

— На эту ночь точно останусь, — бурчу. — Если и правда гостевая спальня будет.

— Будет, — отвечает он, как-то странно улыбнувшись. — А давай, если я тебя не обману, то ты на неделю останешься? — тянет мне руку этот Дьяволенок в обличии моего друга, а точнее уже жениха.

— В чем подвох?

— Простая сделка.

— Ладно, — отвечаю, но лишь потому, что, если я соглашусь, он сдержит свое обещание, а иначе что-то обязательно придумает.

Но в чем-то здесь подвох…

Надежда

Подвох с гостевой спальней я поняла лишь утром.

Паша перед сном меня слишком сладко поцеловал, и я уже думала, что в свою спальню утащит, но нет. С той же сладкой улыбкой выдал мне свою футболку, как пижаму, и отправил в мою комнату. В душ и спать.

Уснула очень быстро. Радуясь тому, что Паша держит свое обещание. И вообще ведет себя мирно. Да, поцеловал. Да, немного поприставал, но все чинно и мирно.

Даже загордилась Сабуровым. Но…

Утро. Будильник под подушкой не дает досмотреть сон. Что-то тяжелое давит мне на талию.

Хочу повернуться, но этот утяжелитель и пошевелиться не дает. Кое-как приподнимаюсь, чтобы понять, что именно на мне, и откровенно выпадаю в осадок.

Сабуров спит рядом со мной, и именно его рука не дает мне пошевелиться.

Вот ведь…

Он же говорил…

Я поверила, а он…

Ведь ведь жук!

— Сабуров! — резко выпаливаю, от чего он легко вздрагивает и морщится.

Его руки сами по себе ложатся на уши, скрываясь от звука. Он продолжает морщиться, а я возмущаться.

— Ты что здесь делаешь?! — кричу я, оттянув одну его руку от уха.

— Не поверишь. Сплю, — сонно бубнит.

— Зачем?

— Тебе рассказать, зачем люди спят? — открывает он глаза, с сомнением взглянув на меня. — Ну смотри, — переворачивается на спину, продемонстрировав, что спит он в одних лишь плавках. — Лекция будет длинной.

Не надо смотреть на него!

Нельзя!

Зачем он голый со мной спит?

Зачем своими мышцами передо мной светит?

Зачем издевается?!

Я же отвернуться не могу. Нравится мне этот эстетичный вид. Постельное белье так красиво идет Паше, что… хочется взять телефон. Сфотографировать и на обложку какой-нибудь книги.

Но нет! Нельзя!

Только мне можно смотреть.

Хотя нет! Даже мне нельзя смотреть! Пока нельзя.

Вот поженимся, и можно. А пока нельзя.

— Нет, почему ты спишь в моей кровати? — с трудом вырываюсь из своих мыслей.

— Захотелось так, — равнодушно пожимает плечами и улыбается от того, что продолжаю смотреть на его торс.

Считаю кубики пресса. Хотя что тут считать? Но отвести взгляд от одного кубика и перевести его на другой… сложноватое занятие. Поэтому пока пять насчитала.