Книга Развод в прямом эфире, страница 8 – Анастасия Ридд

Это последняя капля. Больше нет ни сил, ни терпения.

— Я недовольна! — рявкаю я. — Олеся сейчас же покинет праздник, ясно? И впредь, мама, за меня никто решать не будет. Я не хочу видеть её на своем празднике.

Олеся выдавливает из себя слезы, а затем, схватив сумочку, покидает праздник. Я машинально пробегаюсь глазами по гостям, на лицах многих из них читается непонимание и даже осуждение, что выводит из себя еще сильнее. Хочется выть от боли и несправедливости, но сейчас мне важно сохранить хотя бы видимость праздника.

— Поссорились, — отмахивается мама, улыбаясь, — ну с кем не бывает.

Я опускаюсь на стул и принимаюсь за салат. Кусок не лезет в горло, но я продолжаю бездумно ковырять вилкой по тарелке. Нужно взять себя в руки. Если раскину сейчас, будет еще хуже.

— Мам, — зовет меня сын. — Ты грустная из-за Олеси?

— Я не грустная, — улыбаясь,обнимаю его за плечи и целую в макушку, — с чего ты взял?

— Я чего-то не знаю? — в разговор вступает мама. К счастью, говорит она тише, чем пару минут назад. — Арсений, а что сделала Олеся?

У меня нет никакого желания обсуждать эту тему сейчас. Но прежде, чем я успеваю открыть, сын выдает:

— Она обнималась и целовалась с моим папой. Теперь она будет с ним жить, а не мы?

Мама смотрит на сына в упор, до конца не понимая, что именно он только что сказал. В ее картине мира ничего подобного и быть не может, ведь Олеся идеальна во всем.

Да. К сожалению, случается и такое. Я долгое время не могла принять тот факт, что именно моя младшая сестра является любимицей в семье. По крайней мере, со стороны самого близкого человека. Когда я была маленькой, то часто обижалась на маму из-за того, что Олесе всегда доставалось самое лучшее. Я не раз высказывала маме, что сестру она любит больше. В ответы получала только одну фразу: « Не говори глупости».

Когда я стала взрослой, то перестала касаться этой темы, решив для себя, что она любит меня, но по-своему. Однако жизнь все чаще и чаще подбрасывала мне ситуации, в которых я не видела её чувства. Она была отстраненной и холодной в отношении меня. Моя лучшая подруга не раз предлагала обсудить с мамой то, что меня тревожит, спросить, что именно не так, но я не решилась. Не знаю, может, я просто боялась услышать прямой ответ, который бы окончательно раздавил меня…

С появлением моих малышей мне стала понятна одна простая истина — невозможно любить кого-то из детей больше или меньше. Материнское сердце большое. Да, безусловно, мамы любят детей по-разному, но одинаково сильно. И я не понимаю, как может быть иначе.

— Тебе, наверное, показалось, — отвечает мама. — Олеся просто поздравила папу с праздником в вашей семье.

— У нее было расстегнуто платье, — говорит Арс.

— Так папа случайно зашел, когда она переодевалась, — быстро находит ответ. — Арсений, не выдумывай, ладно? Иди поиграй с сестрой и другими детьми, хорошо?

— Значит, папа останется жить с нами? — в голосе сына теплится надежда.

— Конечно, — с некоторым раздражением произносит она прежде, чем я успеваю открыть рот. — Давай, беги к деткам.

Арсений убегает, а мама посылает мне уничтожающий взгляд. Честно говоря, ее реакция удивляет, ведь даже не зная всех подробностей, можно сделать смелый вывод о порядочности сестры и моего мужа.