Книга Измена. Развод не за горами, страница 20 – Анастасия Ридд

— Часто стала болеть голова? — как-то усмехаюсь я.

— И не только, — качает головой. — Я нашел выписку из больницы. Беременность прервалась на восьмой неделе. Я почти месяц был в отпуске в тот период, когда она фактически забеременела.

— То есть у вас не было контакта в тот период, но был позже. Какая же у тебя гениальная бывшая жена! — восклицаю язвительным тоном. — Так все провернуть!

Почему-то оставшись наедине с Вадимом, я перестаю скрывать свои чувства и эмоции. Я не пытаюсь быть сильной и доказать ему, что мне плевать на двойное предательство. Мне даже не хочется этого делать. С этим совершенно не знакомым мне мужчиной я как будто могу быть собой. Странное чувство, ведь даже с собственным мужем я не всегда могла быть той, кто я есть на самом деле.

— Я спросил ее прямо, на что она ответила, что потеря ребенка обернулась для нее трагедией, — спокойно говорит Вадим. — А тут еще и я со своими подозрениями.

— Значит, ребенок был от Димы, — озвучиваю очевидный факт.

— Кто ж ее разберет, — пожимает плечами Морозов. — Не исключено, что кроме твоего мужа у нее был кто-то еще.

— Она не пыталась вернуться к тебе? — задаю вопрос, вспоминая тот период, когда Аня и Вадим расходились. Подруга говорила, что он еще прибежит, что таковую как она он не найдет.

— Не пыталась? — усмехается он. — Да на протяжении всех шести лет она искала варианты, которые помогут вернуть наши отношения.

— Она привыкла к жизни на широкую ногу, — сразу же догадываюсь я.

— Именно. Я полностью содержал и продолжаю содержать особняк, потому что он принадлежит сыну, но ни копейки не давал ей. Кроме официально утвержденных алиментов. Сыну было уже пятнадцать, когда мы развелись, поэтому все деньги я переводил ему напрямую.

Новость об особняке Морозовых ошеломляет и одновременно сбивает с толку. Аня же преподносила все в ином свете. Когда у нее были финансовые трудности, я предлагала ей продать дом и взять немного проще, на что Морозова всегда отвечала одно и то же. Этот дом слишком ценен для нее, чтобы его продавать. Тем более, сын его очень любил, и Аня хотела оставить коттедж Косте. Каждое ее слово было насквозь пропитано ложью.

— Я владею другой информацией, — быстро говорю я. — Но сейчас-то у нее дела пошли в гору. Насколько мне известно, у нее и клиенты свои есть.

— Ну-ну, — и снова на лице Вадима я замечаю усмешку. — Как бы ни так.

Все участники сложившейся ситуации, в том числе и Вадим, закончили юридический факультет. Мы с Аней учились в одной группе, Дима выпустился на пять лет раньше нас, а Вадим на четыре года раньше, но из другого ВУЗа.

Мой муж учился хорошо и был с ректором в неплохих отношениях. Однажды глава университета попросил Диму как выпускника юрфака поделиться своими соображениями на тему выбранной профессии. Ани в тот день не было, она заболела, а я задавала множество вопросов, скорее всего, по этой причине он обратил на меня свое внимание.

Вадим же познакомился с Аней, когда она пришла устраиваться на подработку в компанию, где он работал начинающим юристом. Их роман закрутился быстро, они поженились, и у пары родился Костя.

— Мы составили брачный договор, поэтому проблем с разделом имущества у нас не было, — вдруг говорит Морозов.

— Да, я припоминаю. Она упоминала о брачном договоре. Еще советовала мне сделать то же самое, — вдруг в памяти всплывает разговор многолетней давности. — Она говорила, что в семье, где и муж, и жена юристы, нужно все решать по справедливости на берегу.