Книга Любовь на ринге, страница 45 – Нионилла Ржевская

Быстро добрался до дому и собрал вещи первой необходимости на несколько дней. Билет купил по дороге и сразу же поехал в аэропорт.

Вот вроде всё уже было хорошо, я был близок к тому, чтобы помочь другу и после этого всё должно было наладиться, но произошло не предвиденное. На следующий день мне позвонила Наташа. Я не сразу взял трубку, ведь ездил по санаториях города, разыскивая Герасима. Но когда ответил, снова земля стала уходить из под ног.

— Дима! Я не знаю, что делать! Инесса улетает завтра в Лос-Анджелес, она собралась на совсем, не хочет больше жить в России.

— Да что же за на хер такой!

Выругался я и ударил по рулю арендованной машины.

Александр

Руки трясутся, как после недельного запоя.

Усмехаюсь сравнению, конечно есть отличия. Сейчас хотя бы голова не болит, да и тело слушается, а вот тогда, год назад мне было очень и очень плохо. Погружаюсь в воспоминания. Такое ощущение, что только вчера это всё было.

— Вставай! Вставай сказал!

Открываю глаза и стон боли вырывается из моего рта, голова просто раскалывается, хочется сжать её, чтобы хоть немного облегчить боль.

— Я сказал встать!

Каждый шорох, как взрыв бомбы в голове, а тут ещё этот крик отца.

— Пожалуйста тише.

Блядь это ещё чей голос? Мой что- ли? Голос хрипит, в горле противный ком, который никуда не девается и очень хочется пить, отдал бы всё, за глоток холодной воды.

— Ты что творишь Саша? Сколько дней ты уже пьёшь?

— Можно воды?

Отец ухмыляется.

— Встань и сам налей.

Боже! Что же у меня за отец, садист какой-то.

Делаю попытку встать, но от пронизывающей головной боли, снова сажусь и хвастаюсь за голову. Видимо родителю становится меня жаль и он приносит из кухни стакан воды. Выпиваю до дна, до последней капельки и облегчения не приходит, ещё начинает кружиться голова.

— Дааа. И сколько же ты дней пьёшь?

Отвечаю честно, ведь отец чувствует ложь за версту.

— Не помню.

— Вставай и иди в душ, если не полегчает, то в больничку поедем.

Спорить с отцом себе дороже, поэтому подчиняюсь и встаю на ноги, походка не твёрдая, держусь за стены. Когда попадаю в ванную комнату вздыхаю с облегчением, такое ощущение, что несколько часов тренировался, хотя и после таких тренировок ощущения намного лучше. Кое-как у меня всё-таки получается подняться и встать под прохладные струи воды. Простояв около получаса, чувствую, что мозг проясняется и это хорошо. Выключаю воду, обматываю полотенце вокруг бёдер и выхожу из ванной. На столике возле дивана стоят две чашки, одна с кофе, другая с зелёным чаем. Сажусь на диван и беру чай, делаю глоток и желудок издаёт жалобное урчание.

— Когда ты в последний раз ел?

— Не помню.

— Ох Саша, Саша, разве я так тебя воспитывал? Разве говорил, что нужно топить горе в алкоголе? Опускать руки?

Отрицательно мотаю головой, не могу посмотреть прямо в глаза отцу. Мне стыдно. Он прав. Я слабак. Не смог бороться, просто поддался слабости и начал пить. Как бабка. Как мать.

— Прости.

— Да не за что мне тебя прощать. Мы все имеем слабости, но нужно бороться, всегда. Понимаешь? Василиса тоже хотела приехать. Она не спит уже несколько дней нормально, переживает, не может до тебя дозвониться.

Молчу. Мне просто не чего сказать.

— Так и будешь молчать? Саш ну я же враг тебе. Я твой отец. Я всегда выслушаю и помогу чем смогу, ты же знаешь.