Книга Училка, страница 28 – Нионилла Ржевская

— Я даже не знаю, что делать с твоим сыном. Скорее всего, как я и говорила тебе в прошлый раз, придётся ставить его на учёт и опеку вызвать. Ты же сам понимаешь, что не справляешься с его воспитанием.

Вот же сука старая, я покажу тебе, как не справляюсь. Хочется конечно прибить эту стерву, но приходится держаться, чтобы не было в её руках козырей.

— А могу я увидеть ту учительницу, которую оскорбил мой сын и по совместительству ваш внук.

Женщина сразу же напряглась, это было заметно, по тому как сжались её руки в кулаки.

— Это ещё зачем?

Пожал плечами и ответил.

— Хотелось бы извиниться лично.

— Я думаю не стоит, я уже извинилась и пообещала, что такого не повториться.

Интересно. Почему же она так сопротивляется? Знает, что Василиса не поддержит её?

— Я настаиваю.

Мымра молчит несколько секунд раздумывая.

— Хорошо, сейчас я схожу за ней, но думаю это лишнее.

Директриса выходит из кабинета, а я улыбаюсь и жду. Она же не знает, что с Василисой мы знакомы и как я понял, девушке мой сын понравился. Значит её замысел потерпит крах, а у меня будет свидетель, чтобы свергнуть эту женщину с занимаемой должности.

Проходит около десяти минут, как дверь открывается и директриса проходит внутрь, а за ней и Василиса.

— Проходите Василиса Игоревна.

Она так ей улыбается, что у меня аж зубы сводит. Вася отводит взгляд от директора и увидев меня, её уголки губ дёргаются, но она быстро берёт себя в руки.

— Вот Владислав Миронович, наша новая учительница, Меркулова Василиса Игоревна.

— Очень приятно познакомиться.

— Мне тоже Владислав Миронович.

Блядь, она так произнесла моё имя, что я готов взять её прямо здесь, как-будто не было сумасшедшей ночи в объятиях друг друга.

Мой настрой сбивается, как только я слышу голос директора.

— Я уже ввела в курс дела Владислава Мироновича, но он потребовал вас, чтобы лично принести извинения.

— Не стоило…

Светлана Юрьевна не даёт ей договорить и повышает голос.

— Стоило Василиса! Вас оскорбили! И виновник должен понести наказание. Я уже говорила, что Александр не раз был в моём кабинете и никакие выговоры не помогали. Осталось последнее, поставить на учёт и возможно тогда он возьмётся за ум.

Я смотрю, как Василиса меняется в лице и когда директриса замолкает, она начинает говорить.

— Я с вами совершенно не согласна! Саша хороший парень и я совсем не держу на него зла! Это можно сказать был комплимент, на молодёжном языке. К тому же я уверенна, что по моим предметам у него будет пятёрка, ему очень легко даются точные науки. И к тому же, я как независимый человек и учитель, который работает только пару недель здесь ни разу не видела, чтобы его поведение чём-то отличалось от его сверстников. Он подросток! И я как педагог знаю, что с ними может быть сложно. Поэтому я не могу согласиться с вами.

Она замолкает на секунду и продолжает.

— И ещё Влад Миронович, мне не нужны ваши извинения, потому что, передо мной, извинился сам Александр. И я совсем не хотела, чтобы эта мелочь дошла до родителей.

Она перестала говорить и в кабинете стало очень тихо, мы смотрели на неё и не могли сказать и слова. Я смотрел на Василису с восхищением, а директриса со злостью.

Первая в себя пришла Светлана Юрьевна, она недовольно сжала губы, а потом на выдохе проговорила.