Книга Твои условия, страница 245 – Лина Мур

Мы все прыскаем от смеха, а Лейк замирает, устало размазывая по своему лицу… Какашки? Боже.

— Привет, моя будущая жена, я искал тебя. У меня обеденный перерыв, и мы должны выбрать торт для нашей свадьбы, — Мика целует Раэлию в затылок.

— Тогда какого хрена ты сюда припёрся? — рявкает на него Доминик.

— Чисто поржать над вами, — пожимает плечами Мика. — А что, разве остальные здесь не по той же причине? Деклан нас не пускает к себе и усилил свою охрану, только бы мы не приближались к его сыну. Остался ты.

— Какого хрена ты нас сдал? — бубнит Роко. — Это сейчас единственное развлечение для нас.

— То есть вы, наглые отморозки, постоянно приезжаете сюда, чтобы поржать над нашими мучениями? — орёт Доминик, а ребёнок уже визжит.

— Ага, — спокойно кивает Мигель.

Не знаю, кто он сегодня, но, кажется, Мигель, ведь он оперирует. Хотя он никогда не врёт о том, что и кто делает, как и сейчас просто говорит честно, и это ему сходит с рук. Я не знаю, что за магией он обладает, но никогда не остаётся крайним. Никогда. Всегда виноват кто-то из нас. Так что это больше от Михаила. Чёрт. Я сам порой путаюсь.

— Лейк, у тебя на лбу какашки, — Мигель показывает на Лейк. И всё, теперь нас, кажется, выгонят отсюда навсегда, потому что мы все громко смеёмся.

— Вы просто безобразная шайка надоедливых комаров, — всхлипывает Лейк. — Я думала, вы к нам приезжаете, потому что любите нас и хотите помочь. А вы?

Но все продолжают смеяться, ведь Лейк часто использует эту уловку, чтобы пристыдить нас. Никто уже не ведётся на неё.

— Боже, да её просто нужно отвлечь, — успокоившись, говорю я.

— Раз такой умный, Дрон, и считаешь, что мы здесь всё это время хренью маемся, то вперёд, — Доминик показывает пальцем на то, откуда доносится ор ребёнка.

Пожав плечами, я поднимаюсь по лестнице и огибаю обоих. Они жутко воняют. Правда, они ужасно воняют. И если Доминик думает, что я боюсь, то вряд ли. Я люблю детей. Они милые, пока не начинают разговаривать.

Вхожу в комнату, в которой царит полный разгром. Когда я с трудом добираюсь до Ракель, преодолевая кучи одежды, игрушек и ещё какой-то фигни, то она бедная вся уже покраснела от усилий.

— Эй, красотка, мы тебя слышим, — шепчу я, подхватывая её на руки.

Она вся напряжена и даже расслабиться не может, чтобы прошли колики. Конечно, она будет кричать, ей больно.

Принимаюсь раскачиваться из стороны в сторону, положив её на свою грудь. Растираю её спинку мягкими движениями, какие мне делают для расслабления мышц.

— Ты знаешь, что потрясающе пахнешь? Да-да, ты просто прекрасно пахнешь, Ракель. Ты такая хорошая девочка, да? Они просто нервничают, а ты всё чувствуешь. Нет, не вини себя, ты всего лишь хочешь внимания и спокойствия, и чтобы животик прошёл. Ничего, со всеми бывает. Вот у Роко однажды был запор, ты бы видела, как он мучился. А всё почему? Потому что он наелся тортов твоей мамочки. Он украл их и наелся. Представляешь?

Ребёнок потихоньку затихает и начинает икать.

— О. Боже. Мой. Она молчит, — у меня за спиной шепчет Лейк.

— Мы должны оставить его себе. Мы же можем его оставить, да? — отвечает ей Доминик.

— Я могу принять душ… нормальный, долгий душ.

— Я могу тебя там трахнуть, нормально, долго трахнуть.

— Мы можем поесть, Доминик.

— Мы можем его оставить.