Книга Твои решения, страница 173 – Лина Мур

Мигель моментально засыпает. Я даже не успеваю найти фильм, а он уже посапывает. И он такой милый, когда спит. Он будет таким же красивым в гробу.

Блять, хватит! Хватит. Я не поступлю так с ним. Никогда. Нет.

Я дёргаю головой и выставляю посуду за дверь, завтра уберу. Ложусь рядом с ним и долго смотрю на него, запоминая каждую чёрточку его лица, маленькие мимические морщинки, аромат, форму носа. Всё. Буквально всё, пока сама не засыпаю рядом с ним.

— Раэлия, — меня трясут за плечо, и я издаю недовольный стон.

— Мигель, спи, — бубню я, зарываясь лицом в подушку.

— Раэлия, мы должны ехать домой.

— Домой? — я сразу же просыпаюсь и поднимаю голову.

Мигель стоит у кровати, уже полностью одетый и готов к возвращению домой.

— Да, нам нужно ехать домой.

— Который час?

— Шесть утра.

— Почему так рано? — удивляюсь я.

— Потому что я хочу домой. Я хочу домой, — настойчиво повторяет он.

— Ладно. Сейчас натяну на себя что-нибудь и поедем, — зевнув, выбираюсь из кровати, замечая, что Мигель даже наши чемоданы уже собрал. Мои тоже. Он реально хочет домой. Прямо очень.

Почистив зубы и страдая от головной боли, словно я вчера пила, выползаю из спальни.

— У тебя же остались обезболивающие? — бормочу я, надавливая на виски.

— Да.

— Дай таблетку. Голова сейчас взорвётся к чёртовой матери, — скулю я.

Мигель открывает свой чемодан и протягивает мне баночку. Я бросаю две таблетки в рот и глотаю их без воды. Хотя бы так.

Мы тащим наши чемоданы вниз к машине Мигеля, которую я тоже пригнала.

— Я за рулём, тебе нельзя, — говорю ему, отчего он закатывает глаза и садится без вопросов на пассажирское сиденье. Бросаю, надеюсь, последний взгляд на дом и улыбаюсь. Не вернусь сюда больше. Этот ад я оставляю им и только им.

— Домой? — улыбнувшись, я завожу двигатель машины.

— Да, но нужно заехать в отделение связи, купить новый телефон и восстановить мой номер. Хорошо?

— Без проблем, а потом позавтракаем где-нибудь. Я умираю с голода.

— Отличный план.

Оставляя позади прошлое, я не испытываю сожаления. Никакого. Теперь зная, как на самом деле ко мне относятся, как меня презирают и как сильно ждут моей смерти, я не чувствую к ним ничего. Они мне безразличны. И когда я буду убивать их, то мне тоже не будет стыдно. Ни капли.

Сделав все дела на сегодня, мы заезжаем в торговый центр, потому что Мигель хочет купить новую посуду. И да, мы покупаем посуду, вазы, новые шторы и ещё какие-то безделушки, от которых Мигель сходит с ума от радости. Он как ребёнок в магазине «Всё для дома». Не знала, что мужчины могут тащиться от подобного, но раз Мигелю это было важно, значит, с ним что-то происходит. Значит, он волнуется и о чём-то переживает, причём довольно сильно. Мигель всегда так делает, а я не спрашиваю, потому что он не расскажет. Он соврёт. От человека, который требует правду и пытается разложить меня по полочкам, такое не ожидаешь. Но это Мигель. И раз он не хочет говорить, а хочет грёбаную посуду, я это приму. Я приму всё, что он мне даст. Всегда.

— Завтра нужно поехать в больницу. Меня вызывают, — мрачно произносит Мигель, когда мы лежим на его матрасе.

— Ты же ещё нездоров. Они не могут перенести встречу? — хмурюсь я.

— Нет, не могут. Это важно. Раэлия, пострадали и погибли люди. Конечно, я поеду. Всё хорошо. Мне уже в разы лучше. Как твоя голова? — спрашивает Мигель, прижимая меня ближе к себе, и целует в затылок. Спиной чувствую его тепло, переплетая наши пальцы.