Книга Твои границы, страница 181 – Лина Мур

Вот чёрт.

— Раэлия, всё хорошо, — говорю я, выставляя руку с губкой вперёд. — Всё хорошо, слышишь? Я просто мою тебя от грязи. Я мою тебя. Это я, Мигель.

— Он… ты…

Её губы начинают дрожать. Она бегает взглядом по душевой кабине, а затем смотрит на меня. Её дыхание начинает ускоряться. Чёрт.

— Раэлия, дыши. Не позволяй панике захватить тебя. Дыши ровно. Удерживай дыхание, — твёрдо произношу я и, выбросив губку, протягиваю ей руку. — Иди ко мне. Ну же, Раэлия.

Она открывает и закрывает рот, словно хочет мне что-то сказать, но не может. Она не хочет контролировать своё дыхание, а боль настигает её.

— Мигель, — скуля, она хватается за мою руку, и её ноги подкашиваются.

Подхватываю её мокрое тело. Её пальцы до боли впиваются в мои плечи, и она кричит. Раэлия кричит во весь голос, выпуская свою боль. Кричит настолько громко, что моё сердце разрывается на куски. Она кричит и кричит, рыдая в голос. Я обнимаю её настолько крепко, насколько только могу. Обнимаю её и позволяю ей кричать, отдать всю эту боль и чувство брошенности, предательства и отчаяния воздуху. Она кричит.

Её тело сотрясает крупная дрожь, слёзы смешиваются с каплями душа, и Раэлия оседает, её голос уже хрипит от крика. Она обхватывает меня руками, утягивая вниз, и мне приходится опуститься вместе с ней на колени. Я видел многое. Видел, как родители теряют своих детей и как сходят с ума от этой боли. Так вот, то, что происходит сейчас с Раэлией намного хуже. Этот крик для меня становится адом, в котором я не могу ничего сделать. Это бессилие убивает меня. Я лишь могу дать ей возможность выплеснуть всё из своей души. Могу лишь быть рядом с ней.

Раэлия плачет долго, захлёбываясь слезами и воем. Она плачет, уже не кричит, а только плачет, сотрясаясь в рыданиях. Она плачет, а я держусь, потому что я не могу поддаться панике. Я не могу сейчас сдаться, но ничего не могу сделать. Не могу. Хотя внутри меня всё рвётся от желания отомстить за боль, которую ей причинили. Я не оправдываю Раэлию и то, что она нарушила приказ, все правила и, вероятно, создала ещё больше проблем для всех. Нет, я не оправдываю Роко за то, что он был напуган. Я никого не оправдываю, но есть разумность, которую каждый человек должен сохранять в любой ситуации, иначе мы все превратимся в животных.

— Вот так, теперь будет лучше, — произношу и немного отодвигаюсь, когда Раэлия уже сухо всхлипывает.

— Вот так, — я улыбаюсь ей, обхватывая её лицо.

— Он умер, да? — хрипит она.

— Я не знаю, Раэлия. Не знаю.

— Это я виновата… ножа не было… он приказал убить Дрона из-за меня. Из-за меня, — Раэлия вновь начинает плакать.

— Нет, послушай, — крепче обхватываю её лицо и потираю его большими пальцами. — Послушай меня. Здесь нет ни виноватых, ни правых. Здесь есть только проигравшие. И проиграли все, Раэлия. То, что случилось, это факт и данность, с которыми нужно смириться. Невозможно изменить прошлое, но сейчас ты ещё можешь поступить так, как будет лучше для тебя. У тебя на самом деле есть выбор, Раэлия. Ты можешь плакать, а потом мстить и убивать всех подряд. Ты можешь плакать и дать себе спокойно пережить то, что случилось, а я помогу. Я могу отпустить тебя, и ты пойдёшь мстить тем, кто причинил тебе эту боль. Я могу остаться рядом, и мы переживём это, потому что иначе ты никогда не выберешься из этого ада. Понимаешь?