Книга Во власти Тигра, страница 70 – Анна Лапина

— Она вечером вернётся, — оповестил малышку, погрузив еду себе в рот, став причмокивать от наслаждения.

— Понятно…

— Хочешь попробовать? – спросил и указал на картошку.

— Нет, — как обычно, отказалась.

До чего же упрямая. Если Элина узнает, что я ребёнка здесь голодом морю, прибьёт и глазом не моргнёт. Хорошо, что её здесь нет… Но клянусь своим борделем, если эта девчонка в течение часа не сдастся, я насильно её накормлю, как бы сильно она ни кричала.

— Ну, ладно… — выдохнул, решив дать ей ещё час на умственную деятельность и, наконец, принятие того факта, что без меня она останется голодной.

— Если только одну, — вдруг произносит она и решительными шагами идёт ко мне, встав напротив тарелки, открыв рот.

Сдерживая смех, накалываю на вилку самую поджаренную картофелину и кладу ей в рот. Закрыв глаза, Ляля несколько секунд гоняла кусочек по всему рту, наслаждаясь вкусом.

— Ещё? – спросил, когда она проглотила еду.

— Только одну! Нет! Две!

— Хорошо, — соглашаюсь и поочерёдно погружаю в её рот ломтики. Один, второй, третий… и так далее, пока моя тарелка не оказывается пустой. В ход пошла не только картошка, но и хлеб, и огурцы, и котлетка.

Во время приёма пищи малышка переместилась на рядом стоящий стул, позволяя мне её кормить как маленькую, хохоча от этого, пока думала, что я не замечаю.

— А ещё есть? – спрашивает маленький проглотик, вытирая рот салфеткой.

— Нет, — мотаю головой, поджав губы. — Но если поможешь почистить картошку, то пожарю ещё.

— Ладно. Объявляю временное перемирие, — говорит Ляля и протягивает мне свою маленькую ладошку для рукопожатия, которое я тут же принимаю.

— Война войной, а обед по расписанию? – спрашиваю её, улыбнувшись.

— У нас завтрак, — поправляет меня.

— Ну, да.

— А вообще-то, ты не очень плохой… ты просто… не умеешь держать язык за зубами. Тебе надо научиться, — поучительно начинает малышка, наблюдая за тем, как я убираю со стола.

— То есть, если я научусь держать язык за зубами, то мы вновь станем друзьями? – уточняю, закинув удочку.

— Возможно.

— Тогда научи меня.

— Как? – восклицает. — Просто надо думать, что говоришь, а если вдруг скажешь что-то не то… то сразу же сказать: «Прости» и обнять! Элли не умеет долго злиться, а за объятия всё-всё прощает.

— «Прости» и обнять? – переспрашиваю.

— Да…

— Ну, это не очень сложно.

— И я тоже за объятия прощаю, — смущённо шепчет, отведя глаза в сторону.

Ни слова не говоря, подхожу к малышке и заключаю её в объятия, прижав к себе сильнее, услышав притворный звук удушения.

— Ты меня раздавишь, — стонет Ляля, но сама обхватывает меня руками. – Не так сильно… мне ещё нужны мои косточки, а ты их сломаешь… — хрипение. – Всё!

Элина

Как можно тише, вхожу в квартиру, аккуратно прикрыв дверь. Ожидаю услышать гробовую тишину, свидетельствую, что Ляли и Тигран по-прежнему в односторонней ссоре, но вместо этого до моих ушей доносится громкий смех моей малышки, а затем крик Тиграна, что он поймает Лялю и съест. Бесшумно разуваюсь и направляюсь к гостиной, прислушиваясь к детскому визгу и топоту босых ножек по ламинату.

— Не поймаешь, — кричит Ляля, хохоча и бегая на ненормальная по всей гостиной. – Не поймаешь, — продолжает дразнить и наконец, замечав меня, пулей летит мне за спину крича. – Стоп игра! Стоп игра! Стоп игра, Тигр!