Книга Девочка бандита, страница 32 – Дана Блэк, Ая Кучер

— Я оденусь, — открыла шкаф и достала старую папину куртку. Покосилась на Хаза — он в одной водолазке, и я уже собиралась предложить ему куртку, но вовремя прикусила язык.

Дурацкая моя любезность.

Пусть этот монстр мерзнет, и это меньшее из того, что он заслуживает.

Наверное, мои мысли на лбу у меня написаны. Потому, что Хаз усмехнулся.

— Хотела бы, чтобы меня снегом засыпало в сугробе? — спросил он и открыл дверь.

— Правду сказать? — закуталась в куртку, от которой пахнет привычно — папиным одеколоном и мятой. Шагнула на крыльцо.

— Желательно.

Он двинулся рядом.

Сугробы, сугробы… замело даже дорожки в саду, с неба до сих пор валят пушистые снежинки, а мы с ним идем к воротам и словно бы просто мирно беседуем.

— Тебя поймали один раз. Найдут и снова, — высказалась.

— Ты так в этом уверена?

— Зло должно быть наказано.

— А сколько пафоса, куколка, — по голосу поняла, что Хаз поморщился. — Ты в каком-то выдуманном мире живешь, девочка. Очки свои розовые сними. И посмотри на меня.

Машинально подчинилась и покосилась на его жесткий профиль.

На него падает свет фонаря.

Хазов шагает быстро, уверенно, чуть запрокинув голову к небу выдыхает изо рта облачки пара. Под ногами снег скрипит, снежинки падают на его черную водолазку, холодно.

Но плечи Хаза расправлены, ему будто нравится даже этот ледяной воздух.

— Что видишь? — спросил он негромко, не поворачиваясь.

Да.

От этого мужчины такие потоки силы и власти расходятся волнами в стороны, что кажется — даже если его поймают еще раз — в колонии снова случится пожар.

Или наводнение.

Ураган.

Землетрясение.

С ним будто сама судьба в сговоре.

— Упаду сейчас, — пробормотала и невольно вцепилась в его руку, когда мы вышли на дорогу. — Вон тот дом, — махнула рукой.

Я по щиколотки проваливаюсь в снег, шагаю и, как неваляшка, качаюсь из стороны в сторону.

Хаз идет ровно, как по асфальту.

Молчим.

О чем он думает, интересно.

— Запасные ключи дядя Валера хранит под крыльцом, — подала голос, когда мы зашли в сад папиного друга. — Там одна доска отходит. Где самая верхняя ступенька.

Нил без разговоров достал ключи.

— У него есть кабинет. И кейсы, скорее всего там, — болтаю я одна.

И мне это дико не нравится, я привыкла уже. К низкому хрипловатому голосу и холодным интонациям.

Тоже буду молчать.

Пусть сам ищет.

И он нашел, довольно быстро, кабинет в чужом доме. Кейсы тоже никто не прятал — дядя Валера расставил их аккуратными стопочками вдоль стены.

Нил мельком глянул на лекарства, сунул все это в пакет.

— Обиделась на меня, куколка? — спросил он вдруг и поднял голову.

— В плане? — растерялась.

— Я с тобой груб?

Не знаю…

Вопрос так сильно врасплох меня застал, я не найду, что ответить.

— Ты сама напрашиваешься, Надя, — Хаз поставил пакет и медленно обогнул стол, двинулся на меня. — Я считал, это ясно. Не открывать рот без разрешения. Ты не можешь осилить такое простое правило?

Моргнула.

Что-то я не понимаю.

Это он пытается извиниться за угрозы по кругу пустить или еще раз напомнить решил, что я должна ему подчиняться?

— Больше не повторится, — пообещала в который раз.

— Больше и не надо, — Хаз усмехнулся. Приблизился.

За куртку дернул меня к себе.

И рывком, за вырез, содрал платье с груди.

— Ох, — машинально попыталась прикрыться, он перехватил мою руку.