Книга Девочка бандита, страница 3 – Дана Блэк, Ая Кучер

— Два раза не повторяю, дамы, но для вас исключение, — отозвался мужчина. Сверкнул зубами — и я против воли на этой улыбке залипла. Пухлые губы. На нижней, слева, блеснуло колечко пирсинга. — В дом. Живо. Все трое. Или шлепну прямо здесь.

Его голос грубый. Стальной.

Черный зрачок пистолета, словно пересчитывая нас, с Веры переместился на Любу. И остановился на мне.

Мамочки.

Да мы фотки этого адвоката на парах засмотрели до дыр.

Когда Нила Хазова осудили, его братьев — Вадима и Льва — не обсуждал только ленивый, их имена во всевозможные списки включали.

Самые молодые, самые богатые, самые успешные и завидные холостяки.

О том, что они самые жестокие, никто не упоминал.

— Один, — начал считать этот завидный холостяк. — Два.

Боже, он серьезно.

Его палец подрагивает не спусковом крючке, вот-вот соскользнёт. Вадим сейчас стрелять начнёт. Надо что-то делать, а ноги к полу примерзают. Только смотрю в дуло пистолета.

Он застрелит нас.

И начнёт с меня.

— Сейчас… — Люба медленно вкатила чемодан через порог.

И вдруг дернулась в сторону, готовая сигануть с крыльца в сугроб.

Мужчина молниеносно выбросил вперед руку, и пистолет встретился с затылком сестры. Он так шандарахнул ее, что Люба без чувств шлепнулась к нему в ноги.

Я в ступор впала. Заледенела. От страха даже голос пропал, лишь стоять могла и смотреть в черные и неподвижные мужские глаза.

Это он, тот же самый человек с фотографий, на которые девчонки пускали слюни, и там он был изображен в деловом костюме, с сексуальным пирсингом в губе.

Мне самой он нравился. Красивый. Интересный.

А теперь он стоит напротив, одетый в теплую водолазку и только что безжалостно треснул мою сестру пистолетом.

— Господи. Не надо, пожалуйста, мы заходим, — Вера тихо охнула. Наклонилась и подмышки потащила сестру в дом.

Я, с нарядными пакетами, на деревянных ногах шагнула последней.

Хлопнула дверь.

Щелкнул замок.

— Любе плохо, — сказала Вера.

— Я ей сочувствую, — откликнулся Вадим.

Вовсе нет.

Вдохнула знакомый, родной запах дома и глянула по сторонам. Всё родное и привычное.

А этот мужчина — чужой.

И теперь он в нашем доме правила устанавливает.

— А если у нее сотрясение? — не успокоилась Вера.

— Красавица, закрой рот, — приказал он. И двумя пальцами растер переносицу.

Внутри тихо. Справа, в столовой, виднеется красиво сервированный стол. Сегодня придут соседи по поселку, родители всегда всех приглашали на праздники.

Ароматные свечи зажигали.

Топили камин.

Каждый с собой бутылочку алкоголя приносил.

И родители всю ночь сидели, общались, молодость обсуждали.

Я это помню.

И всеми силами стараюсь вытеснить мысли про успешных адвокатов Хазовых, что организовали побег для своего старшего брата.

Как… упрямо. Не смогли вытащить из зала суда, так выдернули из тюрьмы.

Этого психопата-убийцу.

Они же себе всю карьеру перечеркнули, да их, наверное, с вертолетами ищут, им терять нечего.

И они все трое в нашем доме?

А родители…

— Где наши родители? — от страха за маму ко мне вернулся голос. — Что вы с ними сделали?

— С кем? — Вадим прошел мимо меня, пистолетом небрежно, буднично почесал грудь под водолазкой. — Вы сестры?

— Мы сестры, — Вера сидит на полу, возле Любы, голову ее положив себе на колени. — Что вам нужно, деньги? Сколько? Мы достанем.