Книга Девочка бандита, страница 181 – Дана Блэк, Ая Кучер

— Нет, что ты, — улыбнулась, когда опустил ладонь на её бедро, провёл по обнаженным ногам. — Никто тебя не хочет посадить.

— Неужели?

— Да. Мама хочет, чтоб ты просто сгинул, а папа мечтает тебя пристрелить. Но срока тебе никто не желает.

— Ах, какие милые родственнички мне достались.

Одна проклинает, второй убить хочет, Люба треплет что в голову взбредет.

Лишь Вера на нашей стороне.

Представил, как мой отец бы на это отреагировал. Он никогда не одобрял бизнес, в котором я погряз. Но счастья мне желал. Надю... Принял бы сразу, а может, советовал бы девчонке бежать от меня подальше.

Отец сразу бы понял, что куколка для меня — навсегда.

Не причуда и не временное явление.

Вплелась в мою жизнь, словно так и должно было быть.

Не верю ни в Бога, ни судьбу — но что-то в ту ночь подсказало именно в её дом забраться.

— Я готов к переговорам с твоим отцом, — усмехнулся, представляя реакцию Сергея, когда я снова на порог его дома заявлюсь. — Он убирает ружье, а я возвращаю ему дочь.

— Что значит «возвращаешь»? — Надя тут же завелась. Ещё немного — и сама в меня стрелять начнёт. — Нил!

— Временно. Дня на три-четыре. Что скажешь?

— Ты хочешь домой вернуться?

— Братья выходят, нужно с ними встретиться.

Это п*здец много сил и времени отняло. Договориться, порешать через знакомых. Сделать так, чтобы ни один мент не прикопался к их делу. Все обвинения снимут, выйдут на свободу честными людьми.

Лицензию не заберут, но вряд ли скоро адвокатами будут работать.

Только с определенными людьми, которым теперь за помощь должны.

Но ничего. Разгребут и к нормальной жизни вернутся.

— Будет ещё одно заседание, — Надя повторила то, что по новостям крутили. — Или уже всё решено?

— Решено. Осталось только огласить и отпустить.

— Мы прям в день их суда прилетим?

— Нет, позже. Первые дни у них загруженные будут.

Отоспаться, отмыться. Пожрать нормальное что-то после тюремной херни.

К врачихе одной наведаться.

У братьев эта блажь не проходит.

Ни договориться не могут, с кем Вера останется, ни отступить.

Но… Пусть сами разбираются. Между собой, с врачихой. Не моё дело.

Моя «блажь» перебирается ко мне на колени, укладывает голову на плечо.

— Хорошо, — соглашается, прикрыв глаза. — Куда скажешь, туда и поедем. Только мне уволиться нужно будет, не хочу людей подводить.

— А я говорил, чтобы не страдала такой хренью. Зачем вообще устроилась? Вроде денег я достаточно зарабатываю.

— Потому что мне скучно сидеть в пустом доме, — перечисляет, поглаживая мою шею. Как дикого зверя успокаивает, приручает. — От курсов меня уже тошнит. Ну и нужно же мне чем-то в жизни заниматься. Я не могу просто сидеть у тебя на шее.

— Почему это?

— Чтобы что-то из себя представлять, если мы разбежимся.

Её слова — как красная тряпка для быка.

Отвешиваю шлепок по крепкой заднице.

Поцелуем глушу вскрик.

Вгрызаюсь в её губы, толкаюсь языком в жаркий рот.

Мечу и показываю, что это мое.

Вся моя.

— Нил, — шепчет, когда тяну её волосы. — Если. Просто думаю о будущем.

— Нихуя, куколка. Ты застряла, — ловлю её ладонь, прижимаю к своей груди слева. — Вот здесь, блядь, застряла. Поэтому никаких «если». Со мной навсегда.

— Навсегда, — соглашается, поглаживает пальцами.

Будто пытается уловить, как моё сердце колотит.

Для неё.