Книга Белоснежка для босса, страница 59 – Алёна Амурская

И вот тут меня накрывает острым чувством стыда.

Стыда за то, что я когда-то — пусть в отчаянии, пусть от обиды, — соврала ему про то свидание, которого не существовало. Про какого-то мужчину, который якобы есть в моей жизни.

Это же было... так по-подростковому. Мелко и глупо. Тогда я просто хотела, чтобы он перестал игнорировать меня как пустое место. Хотела уколоть, доказать, что меня можно желать, можно добиваться.

А теперь с этим мучительным стыдом понимаю: врать ему, человеку, которого я уважаю и который так много сделал для меня... было ниже того уровня, на котором я хочу стоять.

Я — мать двоих детей, женщина с опытом, а не девчонка, которой нужен дешевый способ вызвать ревность.

Больше я так не хочу.

Поэтому я выпрямляюсь и, устремив на него прямой взгляд, отвечаю открыто и правдиво:

— Нет, Андрей Борисович. У меня всё как прежде, никаких перемен. Личной жизни, как таковой, нет... - неловко развожу руками и подытоживаю: — Так что переработки мне не мешают.

Моя честность создает между нами больше напряжения, чем я рассчитывала.

Батянин смотрит так, будто сканирует каждое мое слово, которое я только что произнесла. Офисная вентиляция тихо гудит где-то в стенах, но мне кажется, что слышно только моё собственное дыхание. Всё внутри сжимается в какой-то тревожный, горячий, невозможный ком.

Он сейчас скажет. Я чувствую это всем нутром.

— Тогда, Лиза, — медленно произносит наконец Батянин, делая волнующее ударение на моем имени своим потрясающим густым голосом, — есть кое-что, что я хотел бы прояснить между нами.

Сердце у меня ухает вниз.

Такое чувство, что он сейчас выложит всю правду, ту, которую ни один нормальный начальник не станет обсуждать с подчинённой... и я не знаю, что сказать. Просто смотрю на него, ощущая, как пальцы сжимаются в кулак, как в груди горячо и почти нечем дышать. Почему-то даже хочется улыбнуться, но не выходит — слишком всё остро, странно и... по-настоящему.

— Папа!

Дверь распахивается, и Яна с Дианой буквально влетают в кабинет.

— Пап, срочно нужна твоя подпись! Без тебя платёж по банкету не пройдёт, агентство уедет через двадцать минут! — выпаливает Яна, не обращая внимания ни на кого, кроме него.

Батянин поднимает руку, притормаживая ее:

— Я занят, подождите пару минут.

— Не можем, у нас согласование по гостям, Артур ждет утверждения списка, ресторан звонит каждые десять минут! — перебивает Диана и бросает на меня извиняющийся взгляд: — У нас сейчас реально завал...

Я по инерции отступаю в сторону, чувствуя себя лишней, и собираюсь тихо ретироваться, но Батянин останавливает меня спокойным движением ладони.

— Поговорим позже, Лиза, — роняет он бесстрастно и чуть сощуривает на меня свои жгучие черные глаза. — Наш разговор не окончен.

Донельзя взволнованная, я киваю и выхожу, прижимая к себе свою папку. Слышу краем уха, как сестры начинают перебрасываться замечаниями о свадебных хлопотах и прочей чехардой из чеков и списков. И только в коридоре позволяю себе выдохнуть.

Сердце всё ещё колотится, как ненормальное, потому что Батянин явно хотел сказать мне что-то важное…

И на этот раз я точно знаю: это не про работу.