Книга Никто не виноват, страница 61 – Полина Ветер

Если утро бывает добрым, то точно не в этот день. У Юли страшно болела голова и к горлу подступала тошнота. Возможно, от того, что она проревела полночи, после возвращения в номер. Ей было ужасно больно – вся душа выворачивалась наизнанку, хотелось вернуть вчерашний день назад, прижаться к Елисееву и больше никогда не выпускать его из объятий. Но здравый смысл говорил: «Очнись, Юля! Эти люди принесли тебе столько страданий. Нужно просто пережить острый момент. Дальше будет легче…».

Несмотря на ломоту во всем теле, девушка все же поднялась с постели и поплелась в душ. Им с мамой нужно уезжать сегодня, а она поймала себя на мысли, что совершенно не хочет покидать это место, пока здесь Он. Грело хотя бы просто осознание, что он рядом, в радиусе километра, проснется в своей огромной кровати, расправит плечи, потом растрепанный, пойдет в душ мыть свое совершенное тело… Так! Стоп! Её уже накрыло невероятное возбуждение. Направив на себя струйки теплой воды, Юля немного расслабилась. Внизу живота тянуло, и девушка скользнула рукой по коже, затаив дыхание спустилась вниз, потрогала себя там, прикрыв глаза от невероятного ощущения. Она немного поводила пальчиками по самому нежному участку и выдохнула глубоко, потом вдруг очнулась. Боже! Она что, сейчас трогала себя, представляя голого Елисеева? Серьезно?!

К горлу вновь подступила тошнота. Да что же это такое? Откуда это похмелье, если она пришла в номер уже протрезвевшей, а весь оставшийся алкоголь вылился слезами? Наверное, от того что смешала коктейли с шампанским.

Юля вытерлась насухо и завернулась в мягкий махровый халат. Затем немного просушила волосы полотенцем и, оставив их растрепанными, вышла из ванной.

* * *

Она совсем забыла, как дышать, когда увидела мужчину, стоящего к ней спиной, поэтому замерла на месте, хватая воздух губами. Он находился здесь – в её комнате.

Елисеев повернулся к Юле и уставился на неё своими темными, как омут глазами. Боже, где её самообладание? Один только его взгляд убил её наповал. Она шумно выпустила воздух из легких, оставаясь стоять на месте. Саша, не сказав ни слова, подошел к девушке и, наклонившись, прижался лбом к её лбу, положив правую руку на спину. Юля замерла, как кролик перед удавом, это все будто происходило не с ней, она очнулась только когда ощутила его губы на своих губах, словно какое-то спасение. Саша целовал её нежно, но настойчиво, сначала терзая только губы, затем, позволив сделать лишь короткий вдох, проник языком в рот, встретив там её язычок, стал нетерпеливо сражаться с ним, подстегивая атаку тем, что прижимал к себе её тело и бесстыдно бродил по нему руками. Она даже не успела подумать о сопротивлении, как уже на мгновение оказалась в невесомости и спиной коснулась поверхности кровати. Мужчина навис над ней, его запах окутывал и пьянил, сводя с ума, поцелуи стали глубже и дыхание сбилось, его руки развязали пояс халата и жадно изучали изгибы её тела. Она почти полностью потеряла контроль, как вдруг тошнота снова подступила к горлу, голова закружилась, и запах показался резче, чем обычно. Юля с силой оттолкнула Сашу и, вскочив с постели, побежала в ванную, оставив молодого человека в полном недоумении.

Её рвало сильно, до головной боли, спазмы не прекращались, пока в желудке не осталось ни одного намека на еду или воду. Руки тряслись, и состояние было на грани срыва. Ей было так плохо, что даже не было стыдно перед Сашей, который наверняка ушел после её внезапного бегства. Она плеснула в лицо немного холодной воды и села на бортик ванной, пытаясь прийти в себя.