Книга Радужный слон (или как довести начальника...), страница 7 – Полина Ветер

Бабушка говорила, что сдаются только слабые, никчёмные люди. А я должна быть сильной и независимой.

Что ж, бабуля, я никчёмная…

С такими мыслями и головной болью я засыпаю.

Очухиваюсь, когда за окном уже темно.

Целый день проспала, от стресса видимо…

Часы показывают шесть вечера. Приходится подняться, переодеться в домашний костюм, и умыться холодной водой.

Лицо, конечно, от этого лучше не стало, «утро пчеловода» отпечаталось на нём кардинально, но меня всё равно никто не видит, надеюсь к завтрашнему дню этот отёк сойдёт.

Моя голова находится в холодильнике, когда я улавливаю стук в дверь.

Что я там пытаюсь найти? «Фуа-гра» из снега? Борщ из пустоты?

Желудок жалобно урчит, требуя еды, но последние макароны я доела ещё вчера, а кошелёк с деньгами, скорее всего, остался на работе. По крайней мере, я на это очень надеюсь, ведь иначе мне просто не на что будет жить.

Я могла бы находиться сейчас в гораздо лучших условиях.

Но нет уж, увольте.

В тёткин дом я больше не вернусь, даже если останусь без последней копейки.

Особенно после того, как огласили бабушкино завещание.

Теперь она ещё больше меня ненавидит. Ведь всё бабулино имущество — эта квартира и небольшая сумма сбережений достались мне, а не ей.

У меня нет домофона, бабуля не желала его устанавливать, даже старый звонок и то сломан. Стук становится настойчивей, поэтому плетусь открывать. Мне не хочется никого видеть, и, открыв двери, чудом не издаю жалобный стон.

Тётя Света (легка на помине) проходит в квартиру по-хозяйски, широко шагая в своих сногсшибательных сапогах из натуральной кожи, обдавая меня запахом мороза и резких насыщенных духов.

— Здравствуй, Полина.

Она всегда считала эту квартиру своей по праву. И до сих пор не может смириться, что бабушка завещала её мне.

— Здравствуйте, тёть Свет.

Мне не очень хочется с ней общаться, особенно сегодня, но разве я могу остановить этот танк…

— Ну как ты тут? С голоду не опухла ещё?

У нас с ней странные отношения.

Ей изо всех сил хочется от меня избавиться, но в то же время было очень удобно, когда под боком жила на всё готовая прислуга. Я была ей благодарна за кров, еду и возможность учиться, ведь отец-алкоголик никогда не был озабочен благополучием дочери, а мамы уже давно нет в живых.

В ответ на её вопрос мой желудок снова издаёт жалобный звук раненого кита. Мне становится стыдно.

— Вот, продуктов тебе принесла, ты ж все-таки мне не чужая, я беспокоюсь.

Тётя проходит на мою скромную кухню прямо в обуви, лишь отряхнув её о старый половичок, ставит пакет на стол и достаёт из него колбасу, хлеб, макароны, сахар и большую банку кофе.

Даже не знаю, как расценивать этот её жест доброй воли.

— Спасибо… — Лепечу. — Не надо было… я сама справляюсь.

Она оглядывает меня скептически и открывает холодильник. Лицо моё заливает краска.

— Оооо… всё понятно. — Выдаёт вердикт женщина. — Справляется она!

— Я просто кошелёк на работе забыла. — Зачем-то оправдываюсь.

— Поль… — Она трёт переносицу и выдыхает, как перед тяжёлым разговором. А у нас «лёгкие» и так бывают не часто. — Прошу, выслушай меня.

Я знаю, чем это закончится.

Снова будет уговаривать меня вернуться.

— Ты, конечно, взрослая девушка. Хочешь самостоятельности. Да что там, в твоём возрасте девки уже давно замужем и рожают! Но ты же сама понимаешь, что пока не готова сама за себя отвечать!