Книга Радужный слон (или как довести начальника...), страница 18 – Полина Ветер

Итак.

Неадекватное поведение Платоновой подвело меня к безнадёжному ощущению недоброго утра.

Признаюсь, я прибухнул вчера.

А что? После такого стресса валерьянкой можно было удивить только Василевса, но он получил лишь свою дозу корма и пинок под зад. Ну, не одному мне страдать. Тем более, помогать мне решить задачу он не собирался, лишь хмуро косился из-под стола.

Ладно… животина тут не причем, конечно, я сам виноват, что позволил Полине Сергеевне так себя вести, наведя её на мысли, что это нормально и не наказуемо. Более того, может быть мне приятно…

Дашка была на сто процентов права.

Я нравлюсь Платоновой.

Но что делать-то теперь с этим знанием?

После её выходки, нужно бы попросить написать заявление, но я ж не изверг перед самым новым годом оставлять девушку без работы, тем более зная её материальное состояние.

Может, попросить помощи у коллег? Чтобы как-то мягко объяснили ей, что в мою сторону даже смотреть не стоит. Но это тупость. Да и не хочу, чтобы потом вся контора обсуждала этот трэш за моей спиной, знаю, как они любят посплетничать.

Как решить этот ребус, тем более, когда так трещит голова?

На работу прихожу злой и помятый, что вообще редкость, ведь обычно по будням я не пью, предпочитая отдых с книгой или вечерний поход в спортзал. А сегодня даже от пробежки отказался, пытаясь договориться с организмом двумя чашками кофе.

Вдобавок ещё и опоздал из-за пробки: какая-то легковушка влетела в отбойник на скользкой дороге.

Сразу закрываюсь в кабинете. Благо, встречи с Платоновой удалось избежать, ввиду её отсутствия на рабочем месте. Мне честно было бы легче, если бы она совсем не пришла.

Около десяти заходит Соня с договорами, и удаётся немного отвлечься на дела насущные.

— Может, тебе домой поехать, отлежаться? — Предлагает юрист, но я качаю головой.

— Да, нет. Всё нормально.

— Ну, тогда я пошла работать. — Поднимается с кресла. — Могу Полинку попросить, чтобы чаю тебе заварила покрепче.

— Не надо! — Резче, чем нужно, срываюсь.

Соня отшатывается.

— Не хочу пока. — Пытаюсь смягчить свой рявк. — Попозже, если что сам сделаю.

Девушка качает головой и выходит. А я выдыхаю. Долго, медленно, через нос.

Ну так нельзя.

Не могу же я прятаться всё время и обходить её окольными путями. Нужно поговорить. Выяснить всё здесь и сейчас, на берегу. И если захочет уйти после этого, держать не стану.

То же мне… цирк со слонами…

Долго искать не приходится, застаю администратора у стойки, под потолком, с пучком игрушек на дождике, всё на той же бедовой стремянке.

— Кхм-кхм. — Пытаюсь привлечь внимание, но не напугать, чтоб не свалилась, не дай бог.

Только это была бы не Платонова, если бы пошло по сценарию.

Она вздрагивает, поворачивается, и я слишком поздно реагирую, чтобы предотвратить бедствие, поэтому девушка, взмахнув букетом игрушек, валится на меня вместе с чёртовой лестницей.

Воздух выбивает из лёгких от встречи спины с полом, и, кажется у меня разбит нос, вероятно, в полёте, Платонова приложила мне локтем.

Это не просто цирк, это уже Дю Солей какой-то.

Отчаянье выходит из меня вместе со стоном.

Полина Сергеевна зависла, лёжа на мне, злосчастная стремянка валяется рядом. На моём лице дождик, из-за него чешется глаз и хочется чихнуть.

— Я начинаю бояться вас, Полина Сергеевна. — Хриплю, пытаясь понять, где сейчас находятся мои руки. — То с поцелуями набрасываетесь, то с потолка на меня прыгаете…