Книга Другие методы, страница 99 – Полина Ветер

Эта картинка так часто вставала у меня перед глазами, что я сейчас снова вижу её как наяву.

— Это больше никогда не повторится. – Уверенностью в его голосе можно заряжать других.

— Я не знаю… – Сомнения и метания по-прежнему со мной. – Мне сложно решиться. Пока всё так, как сейчас, я, по крайней мере, уверена, что ты не причинишь мне боли.

— Скажи, что ты не хочешь быть со мной, и мы закончим это прямо сейчас. – Вопреки своим словам, ещё сильнее притягивает к себе.

Молчу.

— Без шуток. – Продолжает. – Дам тебе развод и буду платить алименты. Никогда больше не заведу этот разговор и буду считать тебя чужим человеком.

От такой перспективы меня начинает тошнить. Как можно выставлять такие ультиматумы? Это вообще законно?

— Просто посмотри мне в глаза, Оля. – Поднимаю замутнённый слезами взгляд. – Доверься, как когда-то доверилась впервые.

— Как это сложно, Серёжа.

Хмыкает.

— Только два человека зовут меня по имени: генерал и ты. И обоих я боюсь одинаково.

— Ты никого не боишься. – Улыбаюсь даже, потому что это полнейшая глупость.

— Боюсь с самого первого дня знакомства. Потому что ты меня к себе привязала.

Мы по-прежнему в объятиях друг друга, дочка не издаёт никаких звуков, видимо спит.

— Я прошу тебя только поверить мне. Если не сможешь простить сразу, ничего, со временем я добьюсь этого. Главное, что мы будем рядом и я не буду засыпать в холодной постели один.

— Ты же не любишь никого пускать в свою постель…

— Я люблю на ней тебя.

У меня голова кругом от такого количества признаний. Может, наивность моя не знает границ, но так хочется верить!

Он ещё крепче сжимает меня своими руками, снова целует в макушку.

— Поедем домой. Ксюхина комната пустует в ожидании.

— Прямо сейчас? Я же ещё не согласилась…

— Ты не сказала «нет». Это уже своего рода согласие.

— Хорошо, давай попробуем. – Язык снова не связан с мозгом и говорит сам по себе.

Серые глаза напротив удивлённо сверкают, черты лица смягчаются.

Его поцелуй как глоток свежего воздуха после душной комнаты. Как что-то необходимое, жизненно важное.

Я готова просидеть тут вечно, на полу ванной, только бы в его объятиях.

Я не думаю о том, что будет дальше, как я объясню маме своё поведение и что снова перевозить чемоданы из квартиры в квартиру уже просто смешно…

Мне просто хорошо сейчас и легко.

Я верю ему.

Потому что ждала этого момента.

Знала, что между нами не просто ребёнок и бешеная страсть.

Мы встретились, потому что должны были научиться любить заново.

Ценить то, что есть.

Друг друга.

Я люблю его.

И не желаю знать для себя иной судьбы.

Только с ним.

Только его.

Только вместе.

Это новая мантра.

На новую жизнь.

* * *

— Позвони, когда приземлишься, – прошу сына и, получив утвердительный ответ, кладу трубку.

Завтра Даня возвращается в страну после полугодового отсутствия.

За то время, что он находится у руля филиала, заметно изменился курс развития фирмы в Германии и даже наметился значительный прогресс. Работы там ещё, конечно, пруд пруди, но я доволен его успехами и энтузиазмом в голосе, видимо, действительно ничего не бывает просто так.

Если бы не знакомство с моей девочкой, наша жизнь, скорее всего, протекала бы по старому сценарию и сын продолжал тянуть из меня деньги, не желая особо заниматься чем-то, что может приносить не только стабильный доход, но и удовлетворение жизнью. Он ещё молод и горяч, многое совершает на эмоциях, и меня беспокоит то, что в жизни Дани пока не появилась женщина, которая способна этот пыл обуздать.