Книга Другие методы, страница 20 – Полина Ветер

В порыве я так сильно сжимаю его плечи, что пальцы немеют.

А после этого моё расслабленное удовлетворённое тело обмякает на сиденье и Удальцов, отпустив меня, возвращается на своё место.

Отключает «аварийку» и выворачивает на дорогу.

— Я… может… ты же не… – Язык отчаянно не может выдать нормальную осмысленную фразу, заплетаясь.

— Отдыхай, девочка. Ещё полчаса ехать.

Стараюсь не думать, зачем была эта демонстрация.

С его уверенностью в себе вряд ли Сергея могли задеть мои глупые высказывания.

Но факт остаётся фактом. Его руки и губы способны довести меня до состояния умопомрачения. За несколько минут. Так что расслабленной тушкой проделываю остаток пути, изредка поглядывая на Сергея, пытаясь понять его настроение.

После того как он оторвался от меня, лицо его сосредоточено и не выдаёт никаких эмоций.

Чёртов камень.

Когда же ты наконец откроешься мне?

* * *

Василич, кряхтя, спускается с крыльца, бросив надрывающейся овчарке грозное «Фу!». Чуть прихрамывает и не торопится, старая перечница, но по крайней мере не артачится и напяливает на морщинистое лицо подобие приветливой улыбки.

Это должно было когда-то случиться.

Уже несколько недель наши с девочкой паспорта украшает фиолетовый штамп, и пора уже наконец преодолеть этот уровень – ввести её в свою жизнь, и первое, с чего нужно начать, – знакомство с родственниками.

Эти трое – вроде как близкие мне люди. Хотя иногда я отчётливо понимаю, что никогда ни с кем не был по-настоящему близок.

Не то чтобы это сильно смущало, скорее я так привык.

А вот девочка – тут другое дело.

Она то отчаянно пытается сблизиться со мной, то наоборот отдалиться на расстояние горизонта. И я сам не знаю почему, меня это одновременно радует и бесит.

Она ничего не просит.

Наоборот даже, пыталась убедить меня в нецелесообразности эксплуатации Андрея.

Наивная… Для него – смена пассажира даже на руку. Я-то могу сорваться на водителя из-за любой мелочи, правда, компенсирую потом в финансовом эквиваленте. Он даже сам признался мне, что гораздо приятнее общество моей молодой супруги, чем вид моей вечно недовольной рожи.

Сукин сын.

Уважаю его за прямоту. Единственный человек адекватный в моем окружении помимо Василича, не лижет мне задницу, как остальные.

За двенадцать лет работы он ни разу меня не подводил.

В принципе, я очень многое могу ему доверить, даже такое важное дело, как беременная жена.

Всё чаще ловлю себя на том, что произношу это слово с удовольствием. Даже с каким-то трепетом иногда.

Это не было спонтанным решением.

После того, как Оля сказала мне о беременности, не спал всю ночь.

Думал, взвешивал: надо, не надо…

Так и не смог решить, а она подтолкнула.

Точнее, её сопротивление и капризная холодность.

Поэтому, во избежание аналогичных выпадов и неадекватных поступков с её стороны, обезопасил нас обоих.

Плюс ребёнок.

Если пришла ко мне – значит, мой.

Ещё не решил по поводу теста ДНК. Родится – там будет видно.

Странно думать, что теперь нас связывает больше, чем страсть.

И сам себе удивляюсь, как смог так вляпаться на ровном месте.

Может показаться, что наша парочка разбавилась амурно-розовой с блёстками хренью и теперь из закалённого эгоцентричного брюзги я превратился в мягкого пушистого зайчика.

Но это не так.

Одному Богу известно, сколько сил я трачу на то, чтобы сдерживать себя.