Книга Лекарство для разбитых сердец, страница 68 – Даша Черничная

Парень укутал меня всеми ими как ребенка и сказал Вадиму:

— Веди, — и обращаясь уже к Кате. — Ты тоже идешь. И прекрати реветь, все закончилось.

— Конечно — конечно, — не переставая лить слезы, ответила подруга.

Дима схватил меня на руки, совершенно не церемонясь, и понес за Вадимом.

— Ох, Бука, — спокойно подал голос Женя, идя рядом. — Вас бы отшлепать за произвол. Уплыли, никому ничего не сказали. А мы тут думаем — куда девочки ушли. Чуть ли в лес за вами не отправили спасательную бригаду в виде себя.

— Идиот! — крикнула Катя, явно перестав разводить мокроту. — Какой нахрен лес! У меня нога болит!

И для наглядности продемонстрировала ее, подняв до колена штанину.

— Это еще что такое? — шокировано спросил Женя и потянул руки к девушке.

— Иди ты в баню, — Катя быстро откинула штанину обратно и спрятала ногу, но даже я, в полудохлом состоянии увидела огромный наливающийся синяк по всей щиколотке.

— Как раз туда собирался, — парировал парень, параллельно подхватывая на руки брыкающуюся подругу. — Да успокойся ты, чокнутая. Ты что с ногой сделала? Там у тебя синева по всей конечности расплескалась.

— Упала я! Ясно? Лодку к этому причалу долбанному кое как припарковала, там Алинка еле — еле двигается, барахтается в воде, — и опять слезы по второму кругу, нет, ну точно дежавю. — Еле вылезла, побежала по причалу, а он мокрый, сволочь. Я и упала и теперь вот, нога болииит.

— Дуры, — сказал всего лишь одно слово Женя.

Дима и вовсе молча кивнул толи соглашаясь со своим другом, толи своим мыслям. Надеюсь второе, хотя маловероятно, да?

В баню залетели вчетвером. Вадим куда — то испарился.

— Катя, помоги раздеться Алине, она совсем ледышка, — и поставил меня на пол.

На самом деле, видимо из — за прилива адреналина я не чувствовала ничего. Но когда Дима сказал, что я — ледышка, то именно в этот самый момент отчетливо поняла, что не чувствую своего тела. Совсем.

Ребята вышли, а Катя принялась за работу, параллельно приговаривая:

— Прости меня, прости, прости, прости…

— Перестань, — это все, что я смогла сказать.

Вины Катерины тут не было, и быть не могло.

Подруга помогла мне раздеться, хотя сама еле стояла на ногах, быстро и завела в саму баню, в которой было безумно горячо и пахло божественно — деревом и какими — то маслами.

Пока я стояла, глядя по сторонам, Катя начала обматывать меня простыней, а потом и вовсе помогла лечь.

— Лежи так, я сейчас.

Я закрыла глаза и вдохнула полной грудью, закашлялась.

Воды — то я так и не выпила, все горло по ощущениям саднило от сухости. Открылась дверь, и зашел Дима прямо в одежде, протянул мне кружку.

— Пей. Это вода, — ну прям исполнитель желаний.

Я с благодарностью выпила все до последней капли, это была самая вкусная кружка с водой в моей жизни.

— Спасибо, — сказала уже своим обычным голосом и без зубного стука.

Только сейчас поняла, что меня отпустила дикая трясучка собственного тела.

Дима наклонился и поцеловал меня, томно, нежно. Так, что я поняла — переживал.

— Ну и напугали же вы нас, — отстранившись, но продолжая держать мое лицо в руках, сказал парень. — Думал, с ума сойду, увидев тебя, лежащую в ледяной воде, всю мокрую с головы до ног.

— Мне тоже было страшно. Теперь самое главное — не заболеть.

Хлопнула дверь, Дима погладил большим пальцем мою скулу и сказал: