Онлайн книга «Развод. Ты разрушил нас»
|
— Мне вполне достаточно, если ты будешь моим. На остальной мир мне плевать. Кирилл заносит меня в номер, который я сняла. Я не удивляюсь, не спрашиваю, откуда он знает, где я остановилась. Что ни говори, у него всегда отлично работала служба безопасности. Наверное, подсознательно я знала, что он найдет меня тут. Поэтому и сбежала утром из номера. В коридоре с грохотом валится моя сумка, а Плотников заносит меня в душ и ставит на пол. Толкаю его в грудь, но ему вообще хоть бы хны. Кажется, ему даже не больно. Кирилл врубает ледяную воду, и я визжу, вырываясь. Все это бесполезно. Муж толкает меня в стену, и я ударяюсь о нее лопатками. Он, будто обезумев, рвет мое платье. Лоскуты ткани падают на дно душевой. На коже остаются красные пятна от ткани и его пальцев. Все это похоже на сюжет третьесортного фильма. Я вырываюсь, но ему все нипочем, он методично разрывает на мне одежду и белье. Не успокаивается, пока я не остаюсь совершенно голая. Только тогда он буквально за секунду избавляет себя от одежды. Становится на колени передо мной, с силой обхватывает бедра. Завтра на коже наверняка появятся синяки. Нам едва хватает места в скромной душевой, но Кирилла это не останавливает. Он высовывает язык и слизывает воду с внутренней поверхности моего бедра. По коже проходит дрожь. — Ненавижу… — произношу сквозь зубы. — Господи, как же я ненавижу тебя… — Я знаю, — отвечает тихо, не поднимая головы, и продолжает целовать мои ноги, осыпает кожу поцелуями. — Я бы хотела никогда не знать тебя… — шепчу и чувствую соль на губах. Слезы стекают по лицу, а его прикосновения болью отдают по всему телу. — Врешь, — тихо говорит Кирилл. — Ты любишь меня, детка. Не обманывай себя. И только я могу сделать тебя счастливой. — Ты приносишь только боль… — бормочу. Кирилл поднимается с поцелуями выше. Целует кожу живота, прикусывает ее, разгоняя мурашки по коже. Я не оставляю попыток оттолкнуть его. Во мне совсем не осталось сил на сопротивление, но я продолжаю вялые попытки отстраниться. Муж закидывает мое бедро себе на талию и одним резким движением погружается в меня. Вскрикиваю, слезы текут все сильнее. Сжимаю кулаки на его груди и толкаю. — Ш-ш-ш, ну все, детка, — шепчет мне на ухо. — Я уже здесь… Толчок. — Гори в аду… — шепчу сквозь слезы. — Только с тобой, Ксюша… Толчок. — Ненавижу… — Я никуда без тебя… никогда. Толчок. — Ты моя ошибка… — Наши клятвы… — Они пустой звук… — Вместе до конца… В боли и в радости… Толчок. Рыдания вырываются из груди. — За что ты так с нами… — Я все исправлю детка, — в его глазах столько эмоций, столько боли. Готова поспорить, в моих глазах ее больше. — Нас больше ничего не спасет. — Я спасу нас, малышка… Толчок. С силой сжимаю волосы на его затылке, погружая ногти в кожу. Кирилл шипит. — Нас больше нет, — шепчу ему, и из груди вырывается стон. Он мало похож на человеческий. Это вой загнанного зверя, который знает, что впереди его ждет лишь одно — смерть. Толчок. У меня кружится голова, низ живота болезненно взрывается спазмом. — Я люблю тебя, — шепчет мне в лицо и слизывает мои слезы. — Я ненавижу тебя, — закрываю глаза, чтобы не видеть, чтобы не слышать. Чтобы больше никогда его не знать. |