Книга Измена. Выбор предателя, страница 92 – Даша Черничная

— Лучше, спасибо, — улыбаюсь я.

— Ася, я давно хотел сказать тебе, — Карим становится серьезным, — может, хватит жить во грехе?

Протягивает мне коробочку с кольцом.

— Ты выйдешь за меня замуж?

Усмехаюсь:

— Я уж думала, ты не спросишь, — забираю кольцо и надеваю себе на палец.

— Ах ты проказница! — опрокидывает меня на спину и нависает сверху. — Вообще по закону мы до сих пор женаты, но давай начнем все с чистого листа?

Карим не смеется, смотрит на меня внимательно:

— Ася, я обещаю, что буду тебе верным и внимательным мужем. Конечно, я буду косячить, без этого никуда. Поэтому пообещай, что, если возникнет какая-то проблема, ты тут же скажешь мне? Не станешь ее замалчивать, тихо продумывая план побега.

— Обещаю, — тихо отвечаю я.

Целуемся с Каримом. Он прижимает меня к себе, оплетает руками, нежно проводя пальцами по ткани халата, гладя живот. Я зажмуриваюсь как кошка, довольная этой лаской.

— Карим, я не хочу торжеств. Давай тихо распишемся и всё?

— Даже родителей не позовем? — усмехается он.

— Мы можем отметить дома. Я не хочу излишнего внимания. У нас уже была классическая помпезная свадьба, второй такой не надо.

— Все для тебя, милая. Все будет так, как хочешь ты.

Этот день мы проводим к Каримом лениво. Смотрим телевизор, спим, обнимаемся. Ночью горячо любим друг друга, оставшись наедине.

А наутро…

Карим

Наутро Асият бежит к унитазу, и ее выворачивает.

Я иду на кухню, наливаю воды, кладу в нее дольку лимона и возвращаюсь в спальню. Ася уже полоскает рот, а после садится на бортик ванной и выдает мне вялую улыбку.

Она бледная и измученная. Накануне я переживал за нее, так как видел, что ей тяжело дается перелет, но оставаться на острове уже было невозможно.

Я заподозрил, что она беременна, за пару дней перед вылетом, когда Ася просто одним днем округлилась в стратегически важных местах: вернулась ее шикарная грудь, появились бедра. Вся она стала очень чувствительной, коснись — и вспыхивает как спичка.

Протягиваю Асе стакан с водой и лимоном, и она принимает его с благодарностью, начинает пить маленькими глотками.

Сажусь перед ней на корточки и кладу руки на ее щиколотки, глажу кожу большими пальцами:

— Примерно так я и думал, — не могу сдержать довольной улыбки.

Я счастлив, черт возьми.

— Я не понимаю, о чем ты, — Ася ведет плечом. — Это все акклиматизация. Нас долго не было дома.

Да-да, можешь врать себе.

Не получается не улыбаться, поэтому скалюсь как идиот:

— Ну, если тебе легче так думать, — произношу спокойно, хотя внутри все бурлит.

Хочется заорать от счастья. На самом деле, это долгожданный ребенок. С Эмиром все пошло наперекосяк — я практически не видел Асю беременной, едва я узнал о ее положении, она сбежала. Я даже не чувствовал, как толкается ребенок в животе. А она не видела, как он рос.

Но теперь все будет по-другому. Теперь все честно и открыто.

— Думаешь, я беременна? — тихо спрашивает Ася. В ее глазах появляется тревога.

— Я думаю, да, детка, — киваю Асе и беру ее руку, целую каждый пальчик. — Но это можно легко проверить. Внизу, в аптечке, лежит тест на беременность.

Смотрю ей в лицо. Ну давай же, малышка, решайся.

— Принесешь? — спрашивает она хрипло.

Когда тест показывает две четкие полоски, я не удивляюсь. Разве могло быть иначе?