Книга 700 дней капитана Хренова. Бонжур, Франция, страница 55 – Алексей Хренов

Чтобы поддержать разговор, Лёха спросил:

— А как оно там — на фронте, месье генерал? Воюете?

Тишина стала ещё гуще.

— Откуда вы взялись? — наконец спросил генерал.

— Из Австралии, месье генерал. Это Доминион Британской империи. Очень, очень далеко! Знаете, там много диких кенгуру, а уж сколько у нас там кроликов — и не сосчитать…

— Имя? Часть? — прорычал генерал, прерывая словесный понос нашего героя.

— А! Вы хотите узнать, где я служу? Я лётчик из Армэ дэ ля Эр. Соус-лейтенант Кокс. Вторая группа пятой эскадрильи, это около Реймса.

Генерал злобно наглаживал пострадавшее колено:

— Запиши, Жульен! — рявкнул генерал, массируя ногу. — Армэ дэ ля Эр!! Вторая группа пятой эскадрильи! Уволить! Всех уволить! До единого! В окопы! На штурм!

— Конечно, господин генерал, — майор остервенело царапал что-то в крошечном блокноте.

Лёха посмотрел на полковника. Посмотрел на майора. Оба злорадно и утвердительно кивнули ему.

— Это же прекрасно! — искренне обрадовался Лёха. — Я буду просто счастлив, если меня вып***дят из вашей сраной армии! Очень надеюсь Второй отдел Генштаба будет тоже счастлив разорвать со мной контракт!

— Не позволю! — продолжал уже тише булькать генерал. — Скажите на милость! Бдительность! Второй отдел Генштаба! Дисциплина! Настрой! Какие-то козопасы! Из Австралии! В моей армии! Разболтались!

Он начал бормотать что-то себе под нос, а потом откинулся назад и прикрыл глаза.

Лысый полковник покосился на спящего генерала и тонко усмехнулся:

— Полковник де Голль. Командир 5-го танкового батальона.

Лёха мысленно аж присел.

«Опа. Приехали…» — подумал Лёха.

Разговор повернул на укрепления, про странную войну, столкновения в воздухе, про сбитых немцев, «линию Мажино», германские планы.

И на вопрос, что лётчики-австралийцы думают про войну, Лёха взял и честно высказал, что думает:

— Да чего тут думать — просрёте вы свою Францию. Ну построили вы свою линию укреплений тут, сидите за ней, как куры на насесте, а всю инициативу отдали немцам. Бельгия и Голландия вышли из союза — вот там вам немцы и врежут, через Арденны! Там же линия — один смех. Разрежут фронт, манёвренной войне вас не учили, всё посыпется, окружат часть войск, рванут на Париж, а там и капитуляция будьте любезны!

Де Голль внимательно посмотрел на Лёху, остановил рукой начавшего что-то возражать майора и тихо произнёс:

— Жаль, что вы всего-то лейтенант-лётчик, к тому же австралиец, месье Кокс… а не начальник нашего Генерального штаба.

Конец сентября 1939 года, Советское посольство на улице Гренель в Париже.

В тот день дипломатия повернулась к Лёхе задом. Неудачно в общем повернулась. Проплутав по осеннему Парижу, наш герой наконец вышел к советскому посольству на улице Гренель — несколько мрачноватому особняку в духе запоздалого имперского дизайна, со слегка облезлыми колоннами, массивной рамой вокруг ворот и будкой французского полицейского справа от их.

Над воротами радостно сверкал символ равенства трудящихся — серп, перечёркнутый молотком.

— Хочешь жни, а хочешь куй, все равно получишь… ничего ты не получишь. — не кстати в мозг нашего попаданца влез куплетик из его прошлого детства и, в общем то, было с чего.

К разочарованию Лёхи, ворота даже не думали впускать кого попало. Метрах в трёх от парадной двери стоял аккуратный заборчик — символ дружбы народов и недоверия к ним же. За заборчиком прогуливался советский человек в штатском со слегка оттопыренным карманом, в котором периодически мелькала рукоятка револьвера. Советского человека за заборчиком было сложно спутать — Лёха узнал бы этот характерный коричневый костюм, «по богатому», как любил говорить Кузьмич, — с любого расстояния.