Онлайн книга «Бездна и росток»
|
— Спасибо тебе, Лиз, что не дала умереть в одиночестве, — сказал Рамон – крепкий, молодой, в самом расцвете сил. Он сидел на подоконнике распахнутого чердачного окна, свесив ноги, и тоже смотрел ввысь, на мерцающие искорки далёких звёзд. Бритая наголо, его голова отражала робкий желтоватый отсвет из чердака. — А ведь я был удачливее того парня, Джона, — он усмехнулся одними губами. — Каково ему было превращаться в чудовище? Одному в этой тюремной камере, без надежды, без друга рядом… — Я не могла иначе. Ты же мой друг. — Призрак вины коснулся моего плеча. — Но я не успела… освободить тебя до того, как это случилось… — Я редко тебя хвалил. Считал, что это размягчает, — ровно, без оправданий, сказал мой наставник – уже юный двадцатипятилетний парень с серьёзным лицом. — Возможно, я ошибался. Ты – настоящий боец. Но знаешь, в чём была твоя самая большая победа? Я пожала плечами. — Ты не сбежала, когда во мне проснулось оно, — твёрдо сказал он – уже отрок лет семнадцати, жилистый и спортивный. — Ты могла отвернуться. Могла запереть дверь. Могла убить меня смертельной дозой снотворного… Нет. Ты вошла в клетку, чтобы быть со мной до конца. Быть со мной даже тогда, когда меня уже не стало. Это больше, чем просто долг… Для него мягкость была слабостью, непозволительной роскошью. Он проявил её лишь однажды – глядя в лицо неминуемой гибели. — Я просто оказалась рядом, — ответила я. — Так совпало, Рамон, это не заслуга. — А теперь скажи мне – что за трусость заставляет тебя бежать от своего долга? От того, кто ждёт тебя там?.. Она ведь ждёт. — Она? — Да, — кивнул черноволосый школьник Рамон Гальярдо. — Ждёт тебя там, далеко. Но это другое ожидание, изматывающее, беспощадное. Такое, когда надежда сменяется отчаянием, а отчаяние – надеждой… Я вспомнила Софи. Представила, как она, не зная сна, целыми днями сидит у моей койки под писк аппаратов. — И так до бесконечности, — слегка картавя, с неестественной серьёзностью сказал смуглый карапуз лет пяти. — Пока душа не истлеет от этого ожидания. Это её ожидание – последний шанс. Твой и её. А ты здесь валяешься в пшенице, играя в вечную девочку с собакой. Это недостойно бойца. Милая Софи, я знаю, ты меня поймёшь. Примешь любой мой выбор. Но ты так устала… Потерпи. Скоро всё кончится. … — Помнишь Игнасио? — голос Софи прорезал звёздный мрак. — Он открыл школу единоборств. Для потерянных людей. Там у него всякие бедолаги, наркоманы, бездомные… Они бросают дрянь и становятся людьми. Открыл школу после твоей… расправы над теми… Подумать только – я же тогда перепугалась до смерти, а он вдохновился, как какой-то мальчишка. Ты вдохновила идеалиста. А мне… мне не хватает такой простой веры. Жаль, ответить ему не могу. Связь тут односторонняя… Ритмично пиликал прибор. Тяжело дышала машина, наполняя лёгкие кислородом и избавляя их от углекислого газа. Софи немного помолчала, а затем продолжила: — Папа писал. Ждёт меня домой. Говорит, неважно, кого я выберу. Важно, что я его дочь. — Она вновь замолчала. — Слушай, а может, ну её, эту космическую романтику? Осядем с тобой где-нибудь в тихом уголке, переберёмся к берегу океана… Где нет воя этих чёртовых кораблей… … Голос растворился в искрящемся ночном небе. Я сидела на скамейке у крыльца с раскрытой книгой и дочитывала последние страницы под рассеянным светом из оконца. Дочитаю и пойду домой. Дочитаю и пойду… |