Книга Бездна и росток, страница 143 – Dee Wild

… — Нам нужна вода, — прозвучал детский голос над самым моим ухом, и я от неожиданности села на постели.

Девочка замерла рядом с кроватью – серьёзная, исцарапанная – и сверлила меня немигающим напряжённым взглядом, а рядом с ней на ковре стояли два жестяных ведра.

— Где мне её взять? — мой голос был хриплым ото сна.

— В колодце, — она мотнула головой в сторону окна. — Я бы сама, но первое правило – не выходить из дома.

Я поднялась с постели, аккуратно сдвинула занавеску и выглянула наружу, в пустой двор. Куцые деревья кидали разлапистые тени на пожухлую траву. За окном вовсю разгорался день – скорее всего, время уже ближе к полудню. Определённо, я поспала от всей души, и к тому же выспалась. Давненько такого не было.

— Далеко колодец?

— Через три дома, — последовал ответ.

Начинался новый день, и мне предстояло сделать вылазку из нашей крепости, чтобы найти воду, и мысль о выходе наружу заставила похолодеть кожу. Мягкая постель за ночь придавила кошмары, но не вытравила их. Они осели в мышцах тяжёлым свинцом, а на нёбе всё ещё оставался привкус – сладковатый, пахнущий разложением. Однако выбора не было – без воды мы тупо сдохнем.

— Ну что ж, в таком случае присмотри за мной отсюда, — сказала я, и голос прозвучал слишком громко в тишине спальни, с фальшивой нотой бравады…

Влезая в чужие штаны, я поймала себя на мысли: ткань на внутренней стороне бедра потёрта – хозяйка, наверное, много ходила. Или бегала…

Я прильнула к дверному глазку. Ничего, кроме размытого света. Прислушалась. Тишина – густая, как вата в ушах после взрыва. Ни шарканья, ни хрипов. Только звон на периферии сознания – как тот, что стоял вчера после непрерывного грохота «Слепня».

Сталь ручки была ледяной, и стоило больших усилий решиться и провернуть её. Наконец, с монтировкой наперевес я приоткрыла входную дверь. Щель яркого света резанула по глазам, заставив прищуриться, и я вышла на крыльцо.

Было пустынно и тихо, лёгкий ветерок доносил еле заметный запашок гари и эхо далёких выстрелов, которые отсюда казались лёгкими постукиваниями по деревяшке. Солнце припекало, где-то чирикала птица. Идиллию портили лишь выбитые окна напротив да грязный труп с пробитой головой, валявшийся у крыльца.

— Папа прятал их, чтобы я не видела, — раздался голос позади меня – Алиса, как водится, подошла совершенно бесшумно и стояла в дверном проёме. — Но я подсматривала из окна, как он уносил их в соседний двор.

Я взглянула на девочку, а та поспешно добавила:

— Но я не нарушала второе правило и не раздвигала шторы. Я только через уголок подглядела.

Значит, уносил тела в соседний двор? Хоронил их, наверное, чтобы не валялись вокруг дома, не портили вид из окна и не воняли, заветрившись на солнцепёке.

— Поддерживать чистоту – дело правильное, — согласилась я.

Отец старался для своей принцессы, как мог. Что ж, раз уж здесь так повелось, то кто я, чтобы нарушать традиции? Придётся немного потаскать тяжести…

Ещё раз оглядевшись по сторонам, я ухватила мертвеца за руки и поволокла его, неожиданно тяжёлого для своей комплекции, по придомовой дорожке во двор. Укрытая тенью соседнего дома с заколоченными окнами и аккуратным штабелем досок вдоль стены, я протащила труп сквозь двор и прямо за домом обнаружила аккуратное кладбище.