Онлайн книга «Расплата»
|
— Подожди, постой… — Он сразу понял, что к чему, вытянул короткие пухлые ручонки и растопырил пальцы, будто надеялся остановить меня этим жестом. — Не совершай необратимого. Дай мне уйти. Я заплачу͐, только пощади! У меня много, очень много денег! Я отдам тебе всё и исчезну навсегда, обещаю! Старая песня о главном. О главном для таких людей — о деньгах… И о необратимом. Очень забавно слышать о необратимом от этого ничтожного животного. О, сколько необратимых поступков я уже совершила в своей жизни… Адреналин переливался через край, меня колотило и трясло. С тихими щелчками две кобуры приняли в себя два пистолета-пулемёта, и ладонь моя опустилась на рукоять катаны в ножнах. Сейчас всё свершится. — Кто ты? — дрожащим голосом спросил Травиани. Он думает, что со мной легче будет договориться, если он узнает моё имя? — Я — твой приговор, — сказала я, поднимая на лоб маску хищника, обнажая лицо и делая шаг вперёд. — Ураган, неизбежное и безразличное лезвие стальной мясорубки, которая превратит тебя в фарш. — Ч-что… Что? Я не понимаю… Губы жалкого пухлого человечка дрожали, руки его всё также были выставлены вперёд. Глаза метались по моему лицу, силясь выудить его из памяти. Вспоминаешь? Вспоминаешь, да, я это вижу по сходящимся куцым бровям… Нет, мне не понадобится катана. Только не сейчас… Мир сузился до щели. Визг кинетических усилителей в мехапротезе остался единственным звуком во Вселенной. Я отвела руку в сторону, словно занося молот — и метнула её вперёд. Быстрее, чем импульс, медленнее, чем вечность. Глухой хруст сотряс помещение, лицо министра перекосилось; глаза, полные нечеловеческой боли, выпучились и полезли из орбит. Я резко рванула кисть на себя, и из дыры в накрахмаленной рубашке во все стороны брызнула кровь, захаркивая бронежилет, горячими брызгами окропляя моё лицо. Разжав пальцы, я раскрыла ладонь. На ней лежало маленькое алое сердце — тугая мышца, которая безостановочно работала годами, исправно прокачивая сквозь себя кровь злодея, совершала заключительные сокращения. Мгновенно побелевший Травиани покачнулся и бессмысленно уставился на красный комочек, выталкивающий из себя последние кровавые кляксы. Время остановилось. Бренная оболочка министра доживала последние мгновения без пульса, а внутри меня прорвался какой-то скрытый очаг, захлестнул душу горячим торжеством. Я с трудом держалась на ногах, меня потряхивало, оргастические волны одна за другой насквозь пронизывали тело… Травиани с застывшим в изумлённом ужасе лицом плашмя рухнул на ковёр. Дрожа посреди комнаты с его остановившимся сердцем в ладони, я никак не могла пошевелиться — хотелось растянуть этот миг навеки, застыть в нём, словно в капле янтаря. Где-то далеко, на грани слуха раздавался топот шагов — подмога спешила на запоздалую выручку высокопоставленному работодателю. Я с трудом, мучительными рывками приходила в себя — нужно было сматываться, и как можно быстрее. Уронив на пол кусок мяса, я развернулась и неровным шагом направилась на выход из кабинета. Туман обволакивал сознание, я действовала на автомате, отточенными движениями перемещаясь по пути отхода. Компактные пулемёты мелькали перед глазами, вспыхивали выстрелы. Будто в замедленной съёмке, на пол падали люди. В спину, в жилет колотились пули, а тело само реагировало, молниеносно разворачиваясь и отправляя на тот свет очередного охранника. |