Книга Вечерний час, страница 6 – Людмила Семенова

— А чем ты занимаешься?

— Изучаю языки, мечтаю стать международным корреспондентом, а пока работаю в новостном портале и пишу статьи в интернете.

— Круто! Я тоже хочу в следующем году поступить в университет, если дядя Абель не будет против. Так-то он неплохой мужик, но науку не шибко любит.

— Это его кафе?

— Да, он мой отчим, мне было три года, когда мать овдовела и вышла за него замуж. У меня потом родилась еще сестренка и два брата. Сестра с матерью тоже работают в кафе, а мальчишки еще маленькие. Жаль, если он не отпустит меня в университет, я ведь сейчас очень хорошо учусь.

— Это заметно, ты суперски говоришь на английском! А он не рассердится, что ты пошла куда-то с незнакомым белым парнем?

— Нет-нет, он никогда не возражает, если я показываю туристам город, — заверила Тэя. — Только с тобой я не поэтому захотела пойти...

Паша настороженно покосился на девушку, которая по-прежнему говорила бодро и безмятежно. Тут его спутница остановилась у небольшого полуподвала и промолвила:

— Вот то самое место, о котором я говорила. Заходи, тебе понравится!

Паше пришлось сильно нагнуться, чтобы не удариться головой о притолоку, и вскоре они очутились в темной комнатке, похожей на пещеру. Тэя постучала по стене и крикнула:

— Здравствуй, тетя Мириам! К тебе пришли!

Где-то в глубине послышались шаги, зажегся свет и перед молодыми людьми предстала невысокая, сутулая пожилая негритянка с удивительно тонкими и изящными чертами лица. Ее голову, шею и грудь укутывал хлопчатобумажный платок, под широким серым платьем виднелись шаровары и худые ступни в сандалиях.

— И ты здравствуй, Тэодора, — промолвила она по-английски так же чисто, как девушка, и посмотрела на ее спутника.

— Это Павел, — пояснила Тэя. — Покажи ему свои сокровища, чтобы он привез домой что-нибудь необыкновенное, а не то, что скупают все туристы.

— Здравствуйте, я рад познакомиться, — улыбнулся парень, и тетя Мириам отозвалась сдержанной, но очень теплой улыбкой.

— Что же, Павел, здравствуй. Расскажи, откуда ты и зачем приехал, чтобы знать, какой подарок тебе подойдет.

Паша вкратце объяснил все, что уже знала Тэя, но женщина продолжала испытующе его рассматривать. Неожиданно она спросила:

— А у тебя здесь есть родные, Павел?

Тэя с удивлением посмотрела на хозяйку, затем на парня. Он слегка вздрогнул и после недолгой паузы ответил:

— Да, у меня отец эфиоп.

— Я так и поняла, — усмехнулась тетя Мириам. — Не пугайся, тут все знают, что я немного колдунья. Да и твой отец был непростой, так?

— Это уж точно, — горделиво отозвался Паша. Тем временем Тэя продолжала изумленно на него глазеть.

Пожилая эфиопка открыла какой-то увесистый деревянный ящик, в котором оказались холсты и широкие куски телячьей кожи. При ближайшем рассмотрении Павел понял, что это были картины, — все как одна, яркие, броские, переливающиеся агрессивно-алым, таинственно-фиолетовым, безмятежно-синим.

— Как красиво, — промолвил он. — Чьи это работы?

— Разных местных мастеров, для них это способ прокормиться, а не увлечение. Славы-то им все равно никогда не видать, — философски заметила тетя Мириам. — Знаешь, вот это тебе подойдет!

Она развернула перед ребятами полотно, которое слегка напоминало новогоднюю открытку — темно-синий фон, перламутровый иней, снежинки, но вместо бокала с шампанским и мандаринов неизвестный художник изобразил чашечку кофе и розетку со сливовым вареньем.