Книга Черный ворон, страница 131 – Энн Кливз

— В школе ей приходилось несладко. Еще с начальных классов. Меня тоже травили, я знаю, каково это. Да и мать-учительница – не самая простая ситуация.

— Да уж. Особенно такая мать, как Маргарет Генри. Это же кошмар.

— В старшей школе стало хуже. Травля превратилась в рутину. Не физическую, нет. Разве что по мелочи. То кто-то «случайно» заденет, то подножку поставит. Но главное – ледяное равнодушие. Ее никуда не приглашали, не хотели видеть. Все давали понять, что она пустое место. Возможно, это переросло в паранойю. Где бы она ни была, ей казалось, что за спиной шепчутся.

— Но Кэтрин с ней общалась.

— Кэтрин плевать хотела на чужое мнение. У нее были свои планы. И Салли ей завидовала.

— Откуда ты все это знаешь?

— Салли сама рассказала. Ей хочется, чтобы мы знали все. Она будто наслаждается вниманием.

Фрэн сидела у камина, спиной к очагу.

— Они обе были влюблены в Роберта? Из-за этого и поссорились? Хотя не думаю, что Кэтрин могла им увлечься.

Он невольно улыбнулся:

— Нет, конечно. Салли – да, она была без ума от него. Что понятно: высокий, красивый, капитан огромного судна. Репутация, от которой ее родители пришли бы в ужас. Да и первый парень в жизни. А вот интерес Кэтрин был… – он помедлил, – скорее научным.

— То есть?

— У нее был школьный проект. Фильм.

— Ну да, – отозвалась Фрэн. – «Лед и пламя».

— Похоже, это было что-то вроде антропологического исследования островов. Почти критика. Но она не просто фиксировала реальность. Она была режиссером. Создавала события сама. Учитель пригласил ее домой и начал клеиться – она притворилась шокированной, но именно этого и добивалась. Тайно сняла его на камеру. Паренек из Квендейла, который открыл ей душу. А она отвергла его и засняла это. Это он отвозил девушек домой в новогоднюю ночь. Салли сделала вид, что не узнала его, но, конечно, узнала. Просто хотела добавить таинственности смерти Кэтрин.

Он снова замолчал, отпил кофе – он был отличный. Ведь сейчас уже некуда было спешить, и Пересу больше всего на свете хотелось подольше пробыть в этом теплом доме, с этой женщиной.

— Кэтрин знала, что отец Роберта был гайзер-ярлом, знала, как сам Роберт рвется в лидеры на Ап-Хелли-Аа. Знала, что он болезненно воспринимает отцовскую репутацию. Роберта всегда тянуло к совсем молоденьким девчонкам – наверное, с ними он чувствовал себя увереннее. Сам, по сути, так и не вырос. Не скажу, что Кэтрин его подставила. Но дала возможность проявить худшие черты – и он не упустил шанса.

Перес вдруг смутился. Не хотел говорить, что Кэтрин спровоцировала Роберта – как смеялась над ним, как он вышел из себя. Не хотел, чтобы прозвучало будто она сама напросилась на удар. Что подумает о нем Фрэн, свободомыслящая женщина с юга? Но факт оставался фактом: Кэтрин получила именно то, чего хотела. И торжествовала. Он запнулся, подбирая слова:

— Кэтрин засняла Роберта в неприглядном свете. И собиралась показать фильм в школе. Ты знаешь, как быстро тут разлетаются сплетни. К вечеру весь городок говорил бы об этом. Его могли даже привлечь к суду. Отец и так уже пережил позор из-за романа Селии. А тут еще судебное разбирательство…

— У Роберта был мотив убить Кэтрин, – сказала Фрэн. – Но у Салли? Или я что-то упускаю?

Она нахмурилась, но скорее с любопытством, чем с тревогой. Переса охватило облегчение – для нее все закончилось хорошо. Он понимал, что это эгоистично, но не смог бы смотреть ей в глаза, если бы с Кэсси что-то случилось.