Книга Одиннадцатый палец, страница 133 – Цинь Мин

Дождавшись, когда все рассядутся, главный следователь поспешил взять первое слово:

— Начальник Чжао, коллеги, позвольте начать.

Начальник управления тяжело кивнул.

— К часу дня мы смогли выяснить личность трупа и взяли необходимые материалы для сверки из дома погибшего для анализа ДНК. Только что лаборатория подтвердила: погибший – местный житель Се Циньгун.

— Се Циньгун, – судмедэксперт Тао снова улыбнулся. – Краб схватил сколопендру… И правда созвучно^[41].

Следователь, кивнув, продолжил:

— Покойный Се Циньгун, пятьдесят три года, владеет мануфактурой по обжигу кирпича; это достаточно успешное предприятие приносит в год больше десяти тысяч. Всю жизнь он прожил один, женат не был, детей нет. Среди соседей о нем ходит много слухов. Наиболее популярный: у него циклотимия^[42], он то раздражителен, то весел. В итоге никто не захотел выходить за него замуж.

— Психическое расстройство? – переспросил я. – А есть какие-то официальные доказательства?

Следователь помотал головой:

— Подтвердить это не составит труда. На учете в психиатрической больнице он не состоял, однако мы обнаружили множество рецептов на его имя: он покупал лекарства для лечения психических расстройств…

Не получив от меня новой порции вопросов, следователь продолжил:

— Согласно записям камер наружного видеонаблюдения, вчера погибший приобрел в аптеке очередную пачку лекарств, после чего зашел в гости к сыну на ужин.

— Сын?.. Вы же только что сказали, что у него ни жены, ни детей не было.

— О, забыл сказать… У него есть приемный сын, зовут Се Хао. Он всем говорил, что мальчик его крестник, но люди судачат, что биологические родители бросили мальчика и даже ни разу не поинтересовались его жизнью, а Се Циньгун его приютил и вырастил. Сейчас молодой человек уже вырос и стал главным ответственным лицом кирпичной мануфактуры.

— Как сын отреагировал на смерть старика? – спросил я.

— Он убит горем. Сказал, что вчера вечером после ужина сознание Се Циньгуна помутилось, он заявил, что ему пора домой, и ушел. Се Хао ничего не знал до сегодняшнего дня, пока мы ему не сказали. Се Циньгун вечерами иногда оставался ночевать у сына, а иногда возвращался домой.

— Чаще все-таки у себя дома… – Другой следователь развернул карту. – Дом Се Хао находится недалеко от места преступления, он живет в тихом местечке. Дом Се Циньгуна – в двух километрах от дома сына, тоже в отдалении от суетливых улочек. В этой области нет камер видеонаблюдения, поэтому мы не можем узнать, почему Се Циньгун свернул на запад от своего дома к болоту.

— Безумие может сбить с пути, – отпустил философскую ремарку Линь Тао.

— Мы предполагаем, что погибший заблудился, поэтому и забрел на болото, где совсем потерялся – ведь повсюду его окружал одинаковый пейзаж. Либо из-за своей болезни, либо из-за скользкой почвы после дождливого дня, но каким-то образом он упал у озера и головой ударился об камень.

— Понял, что вы хотите сказать: либо это был несчастный случай, либо покойный совершил самоубийство. Но точно ли никто не помогал ему в этом? – спросил я.

Линь Тао кивнул:

— Можем привести аргументы. Когда покойного нашли, он был еще жив, что при убийствах практически не встречается. И, что самое главное, по отпечаткам подошв нам удалось восстановить картину произошедшего. На данный момент все указывает на то, что умерший самостоятельно нанес себе смертельную травму.