Книга Очень плохие вдовы, страница 96 – Сью Хинсенбергс

Пространство было похоже на огромный ангар, все поверхности которого – стены и потолок – были выкрашены серой краской. Пол был выложен плиткой. Флуоресцентные лампы походили на клавиши пианино и издавали красноречивое, едва различимое жужжание. Падма знала, что при таком освещении выглядит болезненно, но тут, к счастью, не было потенциальных мужей. Из комнаты можно было выйти в столовую с маленькой кухней: их было видно через окна в стене, как и четыре торговых автомата и длинный стол со стульями вокруг.

В центре главной комнаты стоял злополучный игровой автомат. Падма нахмурилась, скрестила руки на груди и обошла его кругом, внимательно осматривая. Машина и машина. Без подключения к электричеству это был просто металлический шкаф с кнопками, темным экраном и пластиковой вывеской. Но все же, если кто-то и воровал деньги у казино, то ответы – внутри. Возможно.

— Как узнать, кто имел к нему доступ? – спросила Падма.

Бренда распахнула дверцу автомата. На высоте около полуметра от пола среди сотен проводков была ниша, а в ней лежала маленькая книжка.

— Даты и время обслуживания записаны здесь, также проставляются инициалы. Кроме Д. Б., других инициалов нет, так что это, вероятнее всего, Дэйв Брэнд…

Падма аж подпрыгнула.

— Дэйв Брэнд? Тот самый техник, что умер… Хм, резонно.

Она полистала страницы и поискала другие инициалы, но таковых было мало, и встречались они нечасто. Наверно, тогда Дэйв уходил в отпуск. И конечно, другие инициалы появились после дня его смерти. Падма задумчиво сказала:

— А он был настоящим красавцем…

— Правда? – заинтригованно поддержала разговор Бренда.

Падма оживилась, предвкушая возможность посплетничать.

— О да! Я его лично не видела, но на фото – высокий, спортивный, приятная улыбка и точеная челюсть… Он был уже старый, за шестьдесят, наверное, ему скоро пора было уходить на пенсию, но – вау! – держу пари, он был тем еще красавцем в молодости. Я видела фото, где ему около сорока, там, на похор…

Падма осеклась и ощутила, что ей нечем дышать.

Если кто и собирал урожай с игровых автоматов, это, скорее всего, и был Дэйв Брэнд. У него был неограниченный доступ. Но мог ли он работать один? Почему Хэнк соврал насчет того, что знает Дэйва? Дэйв и Хэнк – оба умерли ужасной смертью от несчастного случая, и между смертями прошли лишь считаные дни. Могли ли красавчик и болван действовать сообща?

Волоски на руках у Падмы встали дыбом. Она осмотрелась по сторонам, словно ей нужно было убедиться, что в комнате находятся только она и Бренда. Последняя пролистывала книжку с записями о техобслуживании. Кто-нибудь еще, кроме нее, мог прийти к тем же выводам?

Если Падма раскроет величайшее ограбление казино, она станет легендарной фигурой. Ее в конце концов зауважают. Даже мать снизойдет. Можно будет отказаться от свахи. Если тут что-то и в самом деле произошло и она это вытащит наружу – всего-то спустя два месяца работы в казино, – ее уже невозможно будет остановить.

Но с чего начать?

— Можно снять отпечатки пальцев внутри автомата? – спросила Бренда. – Может, мне вызвать полицию?

— Нет! Никакой полиции. Мы справимся с этим своими силами.

Если случилось то, что предполагала Падма, то ее мать обратилась бы в полицию в самую последнюю очередь.