Книга Развод. Тот, кто меня предал, страница 61 – Даша Черничная

— Рит, я хочу, чтобы ты знала: то, что происходит сейчас, имеет для меня огромное значение. — Она открывает рот, хочет что-то сказать, но я останавливаю ее. — Подожди, не нужно ничего отвечать сейчас. Возьми себе время, столько, сколько нужно. Обдумай все, только прошу тебя об одном — не уходи больше от меня.

Жена замолкает, только грудная клетка быстро двигается вверх-вниз.

Я оставляю на нежной щеке практически целомудренный поцелуй и ухожу.

На работе в последний день года все навеселе, поглядывают на время, ожидая, когда можно сорваться домой резать оливье и украшать елки. Даже моя секретарша нацепила на голову красный колпак.

— С наступающим, Мирон Алексеевич! Все ваши поручения выполнены, — бодро вскакивает с места и рапортует мне.

— И тебя с наступающим, — киваю ей. — Позови ко мне Германа.

Захожу в свой кабинет, располагаюсь в кресле. Как раз в это время входит мой зам и жмет мне руку.

— Чего это ты выглядишь довольным, как кот? Выкладывай, узнал что-то о Золотареве?

Золотарев, точно. Олег-мать-его-Евгеньевич, или моя заноза в заднице.

— На самом деле, ничего интересного, — задумчиво качаю головой.

Герман плюхается в кресло и закидывает ногу на колено.

— Выкладывай. Все, кроме того, что он любыми возможными средствами пытался перебить у нас тендер.

— Пытался, — киваю я, — но обломался.

— Это было феерично! — Герман хлопает себя по коленям и начинается смеяться.

— Это было как угодно, только не феерично, Гер, — недовольно качаю головой. — Когда он успел купить наших сотрудников? Этот «ОргСтрой» во главе с Золотаревым чуть не размотал нас, как гребаных первоклассников!

— Откуда он взялся? — хмурится зам.

— Точно неизвестно. В прошлом все стандартно, никаких темных пятен. Развивал бизнес с другом, потом выкупил свою часть. Нашел спонсоров, развил еще больше. Разведен, детей нет. Наши пути с ним не пересекались ранее — факт. Этот «ОргСтрой» всегда работал в другом регионе. Видимо, стало мало места дома, раз здесь начал агрессивную игру.

— Значит, он игрок, — подает голос Герман. — Есть такие экземпляры, которые азарт даже в дырке унитаза найдут.

— Вот и я об этом. Держи ухо востро, контролируй все наши проекты, даже те, к которым кажется, что не подобраться. Этот Золотарев точно будет копать.

Герман кивает и начинает тереть подбородок.

— Слушай, а это не может быть какой-то знакомый Риты? Ведь, я так понял, все началось после того, как она попала в больницу?

— Верно. Я тоже подумал, даже расспрашивал Риту о нем, но она сказала, что никогда не видела этого Олега раньше, — раскачиваюсь в кресле и обкатываю эту мысль.

Рита у меня всегда была тихоней. Она из обычной, небогатой семьи, в которой никто никому не переходил дорогу. Что делить-то? Тот факт, что Кудряха его не узнала, немного успокаивает — значит, не по ее душу. По крайней мере, я так надеюсь.

Сижу на работе пару часов, распределяя дела на праздники, а после заезжаю на рынок. Впервые в жизни выбираю живую елку. К ней прикупаю гирлянды и игрушки. Кудряха всегда ставила модные пластиковые елки, которые тупо собирали пыль и не создавали никакого новогоднего настроения. Сейчас же хочется сделать все иначе, по-настоящему что-ли. Потом останавливаюсь у у супермаркета и набираю все для новогоднего стола.