Книга Училка для маленького бандита, страница 35 – Даша Черничная

— Э-э, нет, Клим, — смеется. — Неужели жизнь этой прекрасной девочки стоит столько?

Вытаскиваю сигарету из пачки, закуриваю, улыбаясь:

— Витя, мне кажется, ты возомнил о себе слишком много.

— Я хочу соразмерную плату за девку.

Сука… какая она тебе девка.

— Она училка, Витя. Училка, — давлю на это, лишь бы он не понял, что она значит для меня. — Единственная причина, по которой я дал тебе шанс и согласился на разговор, состоит лишь в том, что она преподает у моего сына, а если с ней что-то случится, возникнет лишняя шумиха, которая мне ни к чему.

Стругачев молчит, переваривает.

— Если бы она что-то значила для меня, то ходила бы с охраной, понимаешь?

Стругачев переглядывается с вторым типом. Ход переговоров им явно не нравится.

— Один контейнер — или иди нахер, — повторяю спокойно.

Она должна быть в машине. Эти идиоты слишком самоуверенны, поэтому, без сомнения, ее привезли и она в одной из тех тачек, которые не выпустят отсюда без моего приказа.

— Лады, — выплевывает Стругачев.

— Завтра ночью будь в порту. Девочку возвращай сейчас.

— Не-не, мы так не договаривались.

Медленно поднимаюсь со своего места, подхожу к Стругачеву, выдыхаю дым ему в лицо.

— Слову моему не веришь? Ты за кого меня принимаешь, ушлепок? — спрашиваю насмешливо. — Девочку верни сейчас, вас отсюда никто не выпустит, пока она не окажется у моих ребят.

Я вижу, что Стругачев хочет обложить меня матом, но выхода у него нет, кроме как согласиться на предложенный мною ход развития событий.

— Ладно. Завтра ночью.

Они уходят, а я опираюсь руками о стол и роняю на них голову.

— Я прослежу, — Леонид уходит, оставляя меня одного.

Это круг, который замкнулся. Теперь у Весты не может быть спокойной жизни. Это черта, которую мы перешли.

Чуткий слух замечает движение. Машины уезжают, а в соседнем зале раздаются быстрые шаги, дверь в вип-комнату распахивается, и входит Веста.

Заплаканная, бледная от испуга, но невредимая.

В ту же секунду она влетает ко мне в объятия, цепко хватаясь за мою спину.

Выдыхаю. Жива. Рядом.

Обнимаю ее руками и опускаю лицо в светлые распущенные волосы, вдыхаю слабый цветочный запах и говорю тихо:

— Обратной дороги больше нет, Веста.

Цветкова Веста Егоровна

Я пережила настоящий ад, не меньше.

И вроде со мной никто плохо не обращался, никто не бил, не оскорблял и не домогался. Для этих людей я была лишь инструментом для того, чтобы подобраться к Шиловскому.

Когда меня выволокли из машины и завели на какой-то пустующий склад, я думала, что потеряю сознание, так страшно мне было.

Со мной не говорили, ничего не спрашивали. Лишь посадили на стул и закрыли дверь на засов.

За эти пару часов я простилась с жизнью, осознав, насколько была права Лерка.

Но что теперь со мной будет? А если Шиловский откажется выполнять требование этих людей? Если все его взгляды и касания — простая физиология?

Меня забрали в таком же немом молчании, как и привели сюда. Затем усадили в машину и завязали глаза. Мы ехали минут двадцать, а после остановились.

Время тянулось бесконечно медленно, потому что я поняла: именно сейчас решается моя судьба.

— Шевелись! — меня вытаскивают из машины и ставят на ноги.

Я тут же стягиваю с глаз повязку и осматриваюсь. Вокруг какие-то мужчины, все лица незнакомые.