Книга Бывший. Мы будем счастливы без тебя, страница 3 – Даша Черничная

Что именно я сделала бы — не знаю, но через год Ярослав ясно дал понять, что ждать сына в ближайшие несколько лет не стоит.

Шесть лет.

Столько мы не виделись.

Шесть лет одиночества, хотя ты и окружен любимыми и родными. Шесть лет косых взглядов и неудобных вопросов. Шесть лет тающих надежд и фантазий, которые я душила собственными руками.

Мне было восемнадцать, и все, о чем я мечтала, — его любовь.

Сейчас мне двадцать пять, и я мечтаю об уверенности в завтрашнем дне, о стабильности и покое.

Я чувствую, как лицо Тимура расплывается перед глазами, слезы нахлынули в самый неожиданный момент. И это отрезвляет меня.

Звуки возвращаются так резко, что я невольно вздрагиваю.

Тимур идет к нам. Приближается шаг за шагом.

Ярослав, не сдержавшись, срывается с места и направляется навстречу к нему, распахивает объятия, и мужчины обнимаются.

— Дождались, — мама украдкой смахивает слезу.

— Ты знала? — мой вопрос звучит с резкой претензией, и мама переводит на меня удивленный взгляд.

— Нет, откуда? Видимо, Ярослав сам недавно узнал, что Тимур возвращается. Еще пару недель назад он говорил,что, к сожалению, сына не будет на нашем празднике.

Он не знает… он ничего не знает о моей жизни.

Тимур и Ярослав размыкают объятия и идут в нашу сторону, разговаривая о чем-то и улыбаясь друг другу.

Я же чувствую, что вот-вот грохнусь в обморок, — сердце бьется с такой силой, что становится тяжело вдохнуть. Грудную клетку будто сдавливает что-то.

Боль от прошлых обид или правда — черт его знает, но в эту секунду я отчетливо понимаю, что моя жизнь уже не будет прежней.

— Ольга! — Тимур обращается к моей матери, и его голос повышает еще сильнее уровень моей тревожности.

Все, чего мне хочется прямо сейчас, это сбежать. По-детски? Плевать.

— Тимур! Боже, как ты изменился! Настоящий мужчина! — мама обнимает его, а я замираю и сжимаю пальцы, понимая, что руки просто ледяные.

Настоящий мужчина, который дал мне бабки и приказал выпить таблетку, веди дети ему были не нужны.

— А ты все такая же красавица, — Тимур отвешивает комплимент моей матери и переводит взгляд на меня.

Я приказываю себе не шевелиться. Не плакать. Не роптать. Не пресмыкаться.

Мне больше не восемнадцать, и мои чувства наглухо законсервированы.

Теперь он чужой.

Хотя и родным не был никогда, иначе разве он позволил бы этому случиться? Перешагнул бы грань? Нет. Конечно нет.

Я расправляю плечи и смотрю в его глаза.

Темные, но отдающие теплом. Они, наверное, то единственное, что не изменилось, разве что взгляд стал более равнодушным.

Он проходится по мне этим самым взглядом.

Что? Неужели не узнал?

— Катя, ты совсем не изменилась, — дергает уголками губ, а мне хочется взвыть.

Прошло шесть лет! Конечно, я изменилась, придурок!

Не знаю даже, что хуже… лучше бы он меня и вправду не узнал…

— Да? — переспрашиваю саркастически. — Уверена, тебе кажется, Тимур.

— Или нет, — усмехается.

Ты что же, думаешь, я до сих пор та восемнадцатилетняя деваха? Юная и зеленая, не знающая ничего о взрослой жизни?!

— Тимур, как мы рады, что ты вернулся! — мама, будто не замечая напряжения, продолжает говорить.

А Тимур так и смотрит на меня… будто просверлить взглядом дыру хочет.

— Надо попросить официанта принести еще один комплект приборов, — кивает на стол, который накрыт на четыре персоны.