Книга Особо тяжкие отношения, страница 14 – Янка Рам

Бросает несколько папок ко мне на стол.

— Да?..

Как то мне было не до этого последние дни.

— Там автобус уже стоит служебный с проблесковыми маячками. Не успеем, поедем сами по пробкам. Ты на машине?

Ну его нахер! Лучше автобус.

Иду быстро, Лена не отстаёт.

— Я тут такое интересное накопала на нашу начальницу...

— М.

— Ты знаешь, кто был ее отец?

— Подозреваю, Василий Гордеев.

— Да! Ты тоже нашел инфу про него?!

Закатываю глаза.

— Нет. Это дедукция.

— Аа... В общем, Василий Васильевич. Полковник службы безопасности. Погиб при взрыве.

— Так бывает, — хмурюсь я.

— В этой статье, на одном из заблокированных у нас сайтов было сказано, что он сам себя, в общем. Вместе со всеми материалами, над которыми работал.

— На заборе тоже "хуй" написано, Лен. Мы теперь на теории заговоров в сети ориентируемся?

— Да ты послушай! У него осталась дочь подросток. Василиса. Там написано, что он ее истязал!

Сбиваюсь с шага.

Подсматривать за Гордеевой я могу позволить только себе.

— Это тебя не касается, Лен, даже если этот бред и правда.

— Но ведь не зря говорят, что она шизо.

— Она лучшая из лучших.

— Ну да. И стреляет "предупредительный в воздух" сразу между глаз или в затылок. Ты знаешь, что было внутреннее расследование?

— Если ее не сняли, значит, все сделала правильно.

— Ну да... ну да... Просто расследование вел некто Решетов, который был в команде ее отца. И потом опекал "девочку". И он все замял.

— Не поверишь, мне похер, если она упокоила кого-то из тех, на кого охотится.

— Извини-и-ите! — догоняя мой быстрый шаг, упирает руку в бок. — Полномочий судьи у нее нет.

— Это все ее проступки?

Честно говоря, ожидал от этой маньячки большего.

— А чо ты ее во всем оправдываешь, Красавин?! Мы же с тобой букву закона должны защищать. Каждый преступник имеет право на адвоката и судебный процесс. Сколько у нас невиновных сидит? Давайте их еще без суда стрелять начнём!

— У тебя были ножевые или пулевые ранения, Лена?

— Нет...

— А у меня были. И я тоже буду стрелять между глаз, в случае чего. И тебе советую. Ты не в песочнице. Хочешь быть правильной девочкой, будь, не осуждаю. Но работай тогда в кабинете. И не лезь к профи, которые выживают в оперативке.

— То есть, я не профи?

— Лен... - скептически вздыхаю. — Тебе бы в детскую комнату полиции, цены бы тебе не было.

— Знаешь, Даня, у меня образование посильнее твоего. И по карьере я тебя обгоню, вот увидишь.

Тьфу-тьфу...

Подаю ей руку перед лестницей автобуса.

— Добрый день, — лениво здороваюсь со всеми.

В автобусе пара свободных мест. Одно на последнем сиденье, рядом с Гордеевой. Сидит сосредоточенно в телефоне.

Лена, двигается к окну, явно освобождая место рядом для меня.

Не сомневаясь ни мгновения сажусь рядом с Гордеевой.

— Доброе утро, товарищ майор.

— Занято...

— Кем?

— Моими альтернативными личностями.

— Будем считать, я взял их на колени.

Отрываясь от телефона, с ухмылкой смотрит мне в глаза.

И я как пацан вибрирую от того, что шутка зашла “девочке”, которая меня впечатляет. Расплываюсь в улыбке.

— Я очень скучал... - беззвучно двигаю губами.

— Знаю, — как будто о чем-то незначительном.

Ну какая су-у-учка...

Автобус трогается с места и равномерно гудит движок. Спать хочется...

Гордеева говорит с начальством.

— Нет, я на стрельбы. Решетову доклад я отправила. Он, в курсе что у меня много оперативки. Нет, он сам разрешил мне устно не докладывать. Да что там докладывать?! Ни одного прорыва. Можно подумать, ему заняться больше нечем, кроме как слушать, что у нас ничего нового на двадцать страниц! Да не волнуйтесь вы так... - иронично. — Я его попрошу, чтобы он вас не обижал.