Книга Мой запретный форвард, страница 77 – Кейт Морф

— Полина, — хрипло произносит он, — нам надо нормально поговорить. Без игр, без бега и без всех недомолвок.

Я киваю. Я больше не могу бежать.

Он подходит ближе, но останавливается на расстоянии вытянутой руки.

— Если ты решишь остаться здесь, в Канаде, я тоже останусь.

Я даже не понимаю сразу, что он сказал. Мозг выдает ступор.

— Че-го? — моргаю и смотрю на него, как на психа.

— Останусь. Здесь. С тобой.

У меня сердце сжимается в комок.

— Ярослав, у тебя же контракт, — растерянно произношу я.

— Откуда ты знаешь? — усмехается он.

По его лицу вижу, что ему приятна мысль, что я интересуюсь его делами.

— Я с папой разговаривала, — тихо признаюсь я. — Знаешь, с какой гордостью он говорил о тебе?

Яр проводит рукой по затылку.

— Представляю, — бурчит он.

Я ловлю его взгляд и сама подхожу к нему.

— Но ты говоришь серьезно? Ты реально готов тут остаться?

Он окончательно сокращает расстояние между нами.

— Полина, если быть с тобой означает остаться тут, то я останусь.

— Ты больной??? — вырывается у меня с негодованием.

— Возможно, — спокойно отвечает он. — Но я впервые в жизни знаю, чего хочу. И кого.

В груди все сжимается, не могу сделать вдох.

— Так нельзя! Ты должен улететь! Ты должен играть! Ты шел к этому всю свою жизнь. Ты мечтал об этом, Яр.

— А еще я мечтал дожить до того момента, когда ты перестанешь думать, что я тебя использую, — он смотрит мне в глаза. — Я буду рядом.

— Зачем?

Его пальцы едва касаются моей щеки.

— Затем, что я с тобой до конца.

— Я…, — у меня перехватывает горло. — Ярослав, так нельзя.

— Можно, — твердо парирует он. — Я знаю, каково это, когда рядом никто не стоит. И я не позволю, чтобы ты проходила через весь этот ад одна. Слышишь меня?

Я делаю вдох и на секунду прикрываю глаза. Чувствую легкий аромат его дезодоранта.

Он рядом. Он действительно рядом.

И я понимаю, что все это время боялась не его, а себя.

— Яр, — мой голос дрожит, — я не хочу, чтобы ты жертвовал собой из-за меня.

— Полин, я не жертвую. Я выбираю.

И это самая страшная и самая правильная фраза, которую я когда-либо слышала.

— Ты откажешься от своей мечты ради нас? — слова срываются с мои губ.

Ярослав даже не моргает.

— Да. И я не шучу, — спокойно произносит он. — Я долго думал и все решил. Я останусь здесь, попробую пробиться тут. Подумаешь, еще пару лет покатаю в лягушатнике.

Он произносит это так легко, будто говорит не о своей будущей карьере, а о том, какой соус взять к наггетсам.

Меня трясет.

— Ты должен улететь, слышишь? Ты должен играть в России. Это же ВХЛ! Два клуба! Ты сам не понимаешь, что говоришь! Ты…

Но вдруг Ярослав прерывает мой словесный поток одним-единственным и резким шагом ко мне. Потом его уверенная ладонь ложится мне на затылок, и он тянет меня к себе.

И целует.

Не мягко и не осторожно. Он целует так, что наконец взял то, за чем прилетел сюда.

Целует меня жадно и с особым голодом, от которого внутри все скручивается в томный узелок.

Я даже не успеваю выдохнуть. Его сильное тело прижимается ко мне, и я таю в его руках, как снег под палящим солнцем.

— Заткнись, — шепчет он мне в губы, его дыхание сбивчивое и горячее. — Просто перестань говорить.

И он снова обрушивает всю страсть на мои губы.

Его пальцы медленно скользят вдоль моей спины, и каждая точка, куда он прикасается, вспыхивает словно искра.