Книга Путь, страница 87 – Анна Шайдурова

Но я выпросила у работников кухни пустые, пластиковые бутылки из-под воды и распихала цветы по ним.

Получилось очень красиво — вся моя каюта утопала в цветах.

А вечером я встретилась с Альбертом в перерыве между моей работой.

Я поблагодарила его за цветы. И мы пошли прогуляться по кораблю.

Альберт был очень загадочный и сказал, что сегодня он сделает мне предложение, от которого я не смогу отказаться.

Я была заинтригована и ожидала, что же мне предложит Альберт, но он сказал, что все расскажет после моей смены.

Ночью он вновь зашел за мной на работу и мы отправились к моей каюте.

Я поспешила напомнить ему о его обещании.

Альберт загадочно улыбнулся и сказал:

— Давай я тебя провожу до каюты и там все скажу.

— Ну ладно. — сказала я.

Однако терпения моего не хватило и вскоре я стала уговаривать его рассказать все немедленно.

Он все отнекивался, однако когда до моей каюты уже оставалось совсем близко, он остановился и сказал:

— Ладно, смотрю у тебя совсем нет терпения… В общем, Крис, я завтра схожу в порту с корабля. Ты хочешь поехать со мной в Америку?

Я удивленно на него посмотрела.

— Ты приглашаешь меня в гости?

— Нет, приглашаю насовсем. Снимешь там квартиру, будешь также играть где-нибудь, а я буду к тебе приезжать.

— То есть…

— Крис, я тебе не сказал, я женат. Но ты мне понравилась и я бы хотел, чтобы у меня в Америке была такая красивая русская любовница.

— Что?! Да пошел ты! — крикнула я и бросилась прочь.

Меня всю застилала ярость.

«Как он посмел мне такое предложить?!» — возмущенно подумала я.

Я добежала до своей каюты и увидела, что там стоят знакомые мне дамы.

Да-да, они самые, виолончелистка и скрипачка.

Я обернулась и увидела, что Альберт остался на месте. Он не побежал за мной.

Его взгляд был устремлен на меня.

— Крис, подумай хорошо, окей? — сказал он и направился прочь.

Я была в полнейшем шоке. Тем не менее я взяла себя в руки и, посмотрев на девушек, невозмутимо сказала:

— Альберт теперь свободен. Можете действовать. Правда, завтра его отдых на корабле заканчивается. Он сходит в порту.

— Что?! Как это сходит? — спросила виолончелистка.

— Вот так. Он решил закончить путешествие раньше времени. Скорее всего добираться до Америки будет на самолете. Он меня звал с собой. Но я отказалась.

— Вот ты гадина! Ни себе, ни людям! — сказала скрипачка.

Я ухмыльнулась.

— Ты об этом пожалеешь! — сказала скрипачка. — Очень пожалеешь.

— Ох, где-то я уже это слышала. — сказала я. — Не смешите меня. Ну что вы можете мне сделать? Ни-че-го.

И, вновь ухмыльнувшись, я вошла в свою каюту.

Первая неделя моей работы на корабле подошла к концу. А со второй недели начались «сюрпризы».

В субботу была большая гулянка в ресторане. И хоть на моей работе это никак не сказалось, я играла как обычно в своем режиме, от этого вечера у меня остались очень негативные впечатления.

Если сперва все было хоть и шумно, но вполне прилично, то ближе к ночи начался полнейший беспредел.

Подвыпившие гости на моих глазах поставили подножку официантке. Я увидела такой ужас впервые и была этим шокирована. Я даже прервала игру, но администратор жестом велел мне продолжать и я, все еще пребывая в ужасе от увиденного, не без труда продолжила игру.

Вскоре шок прошел, но на душе у меня остался сильный осадок. Мне физически было неприятно находиться в зале, словно это произошло со мной. Но что мне оставалось делать — я была вынуждена терпеть, ведь я была на работе.