Книга Отличница для генерального, страница 91 – Екатерина Крутова

— Можно? — вдруг попросил Алекс, заглянув в рисунок. Аня, удивленная, протянула ему кисть. Он обмакнул в краску, подумал секунду, и уверенным, легким движением вывел в углу картины над темной скалой, летящую чайку. Одна линия, два изгиба — распахнутые крылья, устремленные ввысь — светлый дух, символ освобождения, оторвавшийся от земной боли.

Соприкасаясь рукавами, мужчина и девушка смотрели на законченную работу. Чайка парила над их общим прошлым, унося с собой все тяжести и невзгоды.

— Такую картину надо повесить у нас в спальне, — заявил Александр. В его голосе звучала не демонстративная подавляющая властность, а спокойная уверенность. Аня улыбнулась, кивая, согласно вкладывая ладонь в протянутую руку. «В нашей спальне», — отметила про себя, сознавая, что ни один из них не сомневается в этом обретенном «мы».

— Смогу ли я когда-нибудь заслужить твое прощение? Стать достойным твоей любви? — прошептали губы, вместо ответа принимая ласковый поцелуй.

— Попробуй, — усмехнулась Анна, маня за собой в полумрак комнаты, где лоскутное одеяло приглашало проверить удобство постели.

Алекс никогда не был так бережен и нетороплив. Он смаковал каждое движение, раздевая ее, нарочито медленно, для касания и дублируя поцелуями каждую ласку пальцев. Когда, уже обнаженная и изнывающая от жажды, Анна легла на кровать, он устроился рядом, продолжая ласкать лепестки розы, целуя исходящий росой бутон, сжимая маковки на округлой груди и лишь когда она застонала, достигнув блаженства, мужчина вошел не хозяином, не грубым варваром, берущим свое, а трепетным поклонником красоты, художником, восхищенным музой, и припал в бесконечном поцелуе путника, открывшего живительный родник.

Ранний рассвет застал их еще не спящими, утомленными любовью, лежащими в объятиях друг друга на смятом покрывале.

— Знаешь, я всю жизнь бежал. От себя, от прошлого, от всего, что напоминало о нормальной жизни, — Александр говорил медленно, подбирая слова. — Строил стены, потому что за ними безопасно. Использовал женщин, потому что не знал, как иначе любить. Но ты вломилась в мою крепость с карандашом вместо бронебойного тарана.

Он поцеловал Анино плечо, приподнялся на локте и заглянул в лицо. Серые глаза были чистыми и ясными.

— Я хочу все сделать правильно. С самого начала. — Шувалов глубоко вдохнул. — Познакомь меня с мамой, пожалуйста.

Просьба не босса или циничного манипулятора, но мужчины, который решил строить новый мир на прочном фундаменте. Аня ничего не ответила, только улыбнулась, обнимая сильнее, сознавая, что путь через боль и тьму наконец-то вывел к свету.

* * *

Аня не знала, кто из двоих больше нервничал перед знакомством с мамой — она или Александр? Девушка заранее перебрала, казалось бы, все опасные вопросы — от возраста своего избранника до явного сходства поведения Шувалова в бизнесе с властными повадками Владимира Орлова, отца Анны. Но женщины умеют удивлять.

Ольга Шевченко встретила дочь и ее спутника без лишнего пафоса и не при параде.

— Нюта, как хорошо, что ты приехала не одна! — выкрикнула женщина, выглянув из теплицы. Грязные на коленях джинсы, убранные под косынку волосы, садовые перчатки в мелкий цветочек — необычный вид для дипломированного психолога, готовящего к печати уже вторую книгу. — Сбегайте на участок к Петру, он малину для меня копает. Один провозится до ночи, да и перетащить поможете — втроем сподручнее.