Онлайн книга «Бывших предателей не бывает»
|
Не спрашивая разрешения, Сомова кончиками пальцев приподняла челку Бестужевой, разглядывая прикрытый пластырем порез. Кристина, наблюдающая за происходящим, хмыкнула, привлекая внимание: — Ну раз знакомство состоялось, цели определены, давайте начнем. А то наша госпожа-юрист уже жаждет приступить к планированию казни. Гляньте, как у Алены глаза горят, точно у палача, влюбленного в свою работу. Алена Фаркас, и правда, разложив перед собой документы, смотрела на собравшихся с сосредоточенностью хищной птицы, высматривающей добычу. — Итак, — ее уверенный и ровный тон, сразу придал встрече серьезность судебного заседания. — У нас есть состав преступления: вымогательство под видом коллекторской деятельности. Есть доказательства: договор с МФО, факт угроз, зафиксированный косвенно через показания владельца бизнеса. Прикрепим к делу вчерашнее заявление о нападении, порче имущества и причинении вреда здоровью. Но есть нюанс. Она сделала паузу, обводя взглядом присутствующих. — Вольский неглуп. Он исчез. А чтобы дело было крепким, а задержание быстрым, нам нужна дополнительная информация, которая, возможно, есть у той, с кем он проживает. Но она, судя по всему, пока на его стороне. — А что, если нет? — неожиданно спросила Настя, небрежно поглаживая устроившуюся на коленях собачку. — Девочка напугана, обманута и понятия не имеет, как выбраться из этого дерьма. Я тоже когда-то была такой. Любовь — страшная штука. Данечка, без обид. Сомова кокетливо подмигнула футболисту. Брат Кристины и бровью не повел, пребывая в свойственной молодости уверенности в собственной уникальности. — Я пыталась с ней говорить, — тихо сказала Маргарита, сжимая под столом кулаки так, что порезы заныли с новой силой. — Но Ляна в истерике, и я для нее — причина всех бед. — Истерика — защитная реакция, когда картина мира рушится, — заметил Максим, до этого молча наблюдавший за собранием из-за стойки. — Ей не к кому обратиться и не на что опереться, только на его ложь. — Значит, дадим ей другую опору и покажем, что его вранье — это карточный домик. — Подалась вперед Алена, — твои «кобры» ведь собрали на него компромат, Настя? Все взгляды обратились к блондинке. Сомова достала смартфон, выложила на стол и включила файл, очень похожий на школьную презентацию проекта — только здесь с экрана смотрели фото миловидных девушек, а на странице каждой была информация о датах и продолжительности общения с Вольским, деталях разрыва и фактах махинаций. — Мою историю вы знаете. У Карины, это его третья жертва, Алик занял деньги под предлогом инвестиции в совместный бизнес, а через месяц укатил с другой на Мальдивы. А вот это Мишель, мы с ней так сдружились, что вместе летаем в Италию на шопинг, и она тоже любит собак. Так вот, Мишу наш кобелино пытался шантажировать интимными фотографиями после того, как она отказалась продолжать отношения… Настя недоговорила. Дверь кофейни распахнулась, громко хлопнув табличкой «Закрыто на мероприятие». На пороге стояла Ляна, растрепанная, заплаканная она напоминала загнанное, попавшее в ловушку животное. — Вы! — хриплый крик разрезал воздух. Девушка уставилась на Марго. — Это вы во всем виноваты! Он пропал! Не отвечает! Заберите заявление, и Алик вернется! Я знаю, что вернется! Он… он любит меня, — выдохнула Ляна уже не как обвинение, а мольбу, последнее заклинание, которым пыталась успокоить саму себя, и совсем на выдохе прошептала, — у нас ребенок… |