Книга Бывших предателей не бывает, страница 49 – Екатерина Крутова

— К тому же под челкой совсем не видно.

— Уговорил. В конце концов, если не захочу памятных шрамов, всегда можно сделать пластику. — Найденное решение и забота ближнего позволили отпустить проблему.

Когда пара покинула травмопункт, над домами уже розовел рассвет.

— Похоже, твоя кофейня и мой отдел сегодня обойдутся без руководства, — заметила Марго, выходя из такси. Еще по пути домой она отправила Кристине кучу голосовых и даже записала видео, демонстрирующее их с Максом увечья.

Девушка машинально повернула к своему подъезду, но Максим мягко взял за локоть.

— Нет, — сказал просто, но так, что даже желания не возникло возражать. — Там разгром и ненужные мысли. Идем ко мне.

Она не стала спорить. Возвращение в квартиру, где каждый осколок кричит о беспределе насилия и беспомощности жертвы, казалось невыносимым. Меньше всего сейчас хотелось оставаться со всем этим наедине.

Жилье Максима, не в пример Маргаритиному, оказалось скромным, но по-душевному уютным. «Под стать хозяину», — Бестужева улыбнулась невольному сравнению. Здесь пахло кофе, специями и спокойствием. Стопки книг на кухонном подоконнике, в комнате заваленное нотами пианино.

— Чай? — просто спросил гостью хозяин, и она кивнула. Чашка подрагивала, зажатая в забинтованных руках. Заметив это, Максим ненадолго оставил девушку одну, выйдя в ванну, чтоб вернуться с бутылочкой ароматического масла для массажа.

— Если ты не против, конечно, — протянул флакон, на котором Марго прочла состав «лаванда и сандал, расслабляющий эффект» — точь-в-точь ее соль для ванн. И вновь она не сказала мужчине ни слова, просто согласно кивнула, приняв из его рук чистую футболку, оказавшуюся свободной и длинной почти как платье. А после, переодевшись, села на табурет, позволив теплым ладоням скользить по шее и плечам, бережно гладя и чутко разминая напряженные мышцы, массируя так и там, где действительно требовалось внимание профессионала. Он не позволял себе ни единого лишнего движения, которое можно было бы счесть за интимный намек, и все же ни с одним мужчиной Маргарита не чувствовала себя такой расслабленной и защищенной. Закрыв глаза и отпустив тревоги, ей хотелось мурчать довольной кошкой, свернувшейся в клубок на коленях своего человека.

Пахло благовониями, цветами и едва уловимым ароматом кожи. Бестужева слушала ровное дыхание Макса, замечая, как нервное напряжение уступает болезненной расслабленности.

— Спасибо, — прошептала, когда он закончил. Голос прозвучал сипло и устало.

— Теперь пора спать. Белье свежее. Я лягу на диване на кухне.

Проводив Марго в комнату, Максим снял с кровати плед и одну подушку.

— Если что потребуется — позови. Я чутко сплю. — Так просто и легко, словно каждый день принимал на рассвете испуганных раненых дам в растрепанных чувствах. Возражать не хотелось. Но, устроившись под одеялом, Марго поняла, что вряд ли уснет, хотя тело молило не просто об отдыхе, а о пощаде. Под закрытыми веками вновь вставал перекошенный безумной злобой Вольский, сыпались осколки разбитого стекла и кровь стекала по лицу на белую футболку. Марго заворочалась, сминая в комок одеяло и не находя удобной позы.

— Макс? — позвала едва слышно, думая, если не ответит — не повторит.

— Да? — прозвучало почти мгновенно, точно он ждал не ложась.