Книга Стану твоим первым, страница 122 – Кира Сорока

Где же Яр?

Смотрю в окно. На улице стремительно темнеет, грозовые тучи заволокли небо. Сейчас ливанёт… Перевожу взгляд на табло. Наш вылет задерживается… Перенесли на полчаса.

Мама недовольно бормочет себе под нос, что нам не повезло с погодой. На самом деле нам очень повезло. Мне повезло. Есть шанс дождаться Ярослава.

А что дальше? Если он приедет, то даже войти сюда не сможет, ведь у него нет билета.

— Пойдём, перекусим пока, — зовёт меня мама, и я покорно иду за ней.

Садимся за столик. Она изучает меню, а я пялюсь в окно. Из кафе на втором этаже хорошо просматривается зона регистрации. Там небольшая очередь.

— Лера, что ты будешь? Давай ты покушаешь нормально, а то одни кожа да кости, — мамин голос внедряется в мои беспокойные мысли.

— Алиса меня накормила. Я не голодная, — отвечаю на автопилоте.

Мама берёт меня за руку, сжимает. Перевожу на неё взгляд.

— Ты меня пугаешь, дочка. Мы через столько прошли… Вроде бы ты вылечилась… А теперь всё заново.

— В больницу я не поеду, — заявляю категорично и выдёргиваю руку. — С меня хватит лечения. Я исцелилась. И улетать не хочу. Хочу остаться в пансионе.

— Вздор! — фыркает мама. — Там ты совсем одна. Зря я вообще тебя отпустила.

— Мамуль, да мне восемнадцать скоро! Тебе придётся меня отпустить, — меняю тон на более дружелюбный, даже просящий. — Пожалуйста, можно я останусь, а?

— Зачем? Школу закончишь дистанционно. Потом выберешь какой-нибудь вуз в родном городе. Зачем куда-то уезжать? Мы должны держаться друг за друга! Мы же семья! Ты — мой единственный ребёнок, Валерия! Я не могу просто взять и отпустить тебя, понимаешь? Я ночами почти не сплю…

И всё это она говорит жалобным и несчастным тоном, эгоистично давя на моё чувство вины.

— А где папа, кстати? — резко меняю тему.

Мама изящно взмахивает рукой, подзывая официанта.

— Выбрали?

— Да, — листает меню. — Бокал Шато О-Брион. А девочке молочный шоколадный коктейль.

— Я не хочу, — успеваю вставить я, но мама небрежно отмахивается.

— Тебе сейчас нужны калории, — настаивает она, отправив официанта за нашими напитками.

Беззвучно прорычав, вновь спрашиваю:

— Так где папа?

— На работе, конечно. Он же занят двадцать четыре на семь.

Это говорится с сарказмом. У мамы и папы давно отношения не очень. Главное, чтобы мама сейчас не начала свою любимую тему о том, как они были молоды и счастливы когда-то. Я слышала их историю много-много раз. Буквально наизусть знаю.

— Эх… — вздыхает она. — Раньше ведь он на руках меня носил. А сейчас я его и вижу-то нечасто.

Ну всё, началось…

— Ты, главное, не влюбись слишком рано, Лера, — усмехается мама, но тут же добавляет виновато: — Прости.

Да, тема о моих гипотетических отношениях с парнем в нашей семье была запретна. Ведь после случившегося год назад отношения с парнем у меня ассоциировались с насилием. Но это прошло. Яр помог мне. А Сергей поставил финальную точку.

— Не могу пообещать тебе этого, мама. Кажется, я уже влюбилась, — говорю ровным тоном, хотя чувствую, как к щекам приливает кровь.

— Что, прости? Влюбилась?.. — она кривится, словно лимон съела. — В кого?

— Мой одноклассник. Очень хороший парень. На руках меня носит, — расплываюсь в улыбке.

Невольно вспоминаю, как Яр переносил меня через реку. Как я уткнулась носом в воротник его толстовки. Как приятно он пах…